Читаем Significant Digits - Значащие цифры полностью

Лоуренс заморгал, когда с его глаз сняли повязку, и нервно огляделся. Он стоял в оранжерее, ярко освещённой солнцем, и лучи слепили его. Когда зрение адаптировалось, он увидел грязные полки и пустые глиняные горшки. Растений не было, если не считать сухие лозы, вьющиеся по стеклянным стенам в нескольких местах. Оранжерея казалась заброшенной, но, вопреки ожиданиям, среди дюжин сводчатых окон не было разбитых.

Женщина, которая сняла с Лоуренса повязку, обошла его, постукивая каблучками, и, наконец, встала перед ним. Её идеальная длинная седая коса оканчивалась чёрным бантом внизу спины. Официальная чёрная мантия с ещё более тёмными гагатовыми узорами, филигранной полоской окаймляющими лиф и талию, выглядела величественно. У женщины были тёмные глаза и полные губы. Она с любопытством смотрела на него.

– Здравствуйте, юноша. Как вы себя чувствуете? – спросила Нарцисса Малфой. Лоуренс не знал, почему, но, несмотря на то, что её интонация была спокойной, даже доброй, а выражение лица – безобидно заинтересованным, он чувствовал опасность.

– Я в порядке, мадам, – ответил он, и его голос нервно задрожал.

– Ах, хорошо. Несмотря на то, что это лишь очередное временное место из утомительной череды ему подобных, боюсь, эти глупые предосторожности, всё же, необходимы, – сказала она с вежливой улыбкой. Она сцепила руки в замок перед собой. – Надеюсь, вы не возражаете.

– Нет, мадам, – ответил Лоуренс. Его голос стал чуть более уверенным.

Она улыбнулась и протянула руку, указывая путь:

– Мой сын в конце галереи.

Хотел бы он знать, где она оставила его палочку. Хотел бы он знать, где они находятся. Хотел бы он знать, почему он был абсолютно уверен, что мадам Малфой с удовольствием убьёт его, если возникнет необходимость. Или если просто будет удобно.

Лоуренс пошёл вперёд немного неуверенно. Выйдя из неиспользуемой оранжереи, они прошли по пыльной галерее и оказались в ярко освещённом зале. Стены были обшиты деревом, на полу лежали турецкие ковры, а половину комнаты занимал огромный стол. В высоких креслах сидело двое мужчин, со стороны казалось, что они ведут непринуждённую беседу о чём-то незначительном. Учитывая обстоятельства, нормальность этой сцены казалась нереальной.

Один из мужчин встал. Он был высоким и худым, с величественной внешностью, короткими платиновыми волосами и высокими скулами. На нём тоже была чёрная официальная мантия, но без украшений. Он любезно улыбнулся с высокомерием, достойным императора.

– А это, должно быть, наш гость. Гость с предложением.

– Да, Драко. Мистер Лоуренс Бредвиан – возможно, ты помнишь, его отец был в Визенгамоте несколько лет назад. – Сказала Нарцисса, – Хорошая семья. И Лоуренс делает им честь, присоединяясь к нашей маленькой игре. Всё ради небольшой беседы. – Она улыбнулась и подошла к столу. Нарцисса подняла лежавшую на нём чёрную трость с серебряной рукоятью.

– Здравствуйте, Лоуренс, – сказал светловолосый мужчина. – Меня зовут Драко Малфой. Как я понимаю, вы хотели помочь мне кое с чем?

– Да, сэр, – сказал Лоуренс. Он хотел было продолжить, но Драко снова заговорил.

– Хорошо, хорошо… Это мистер Эразмус. Вообще-то, вы уже, вероятно, слышали о нём, если читали мой бюллетень, – сказал Драко, указывая на плотного мужчину с волевым подбородком и рыжевато-бурыми волосами, который сидел в углу, протянув ноги на тахту. – Он делал не то, что ему велели, в Тауэре, когда занимался исследованиями в одном из глупых буквенных отделов Гарри Поттера, он посмел оспаривать власть. Поэтому, даже несмотря на то, что он был одним из самых выдающихся невыразимцев, они попытались свернуть его исследование и навязать условия для открытий.

– Я был на волосок от создания волшебных механизмов, – сказал Эразмус, вставая с места. Он был пугающе высок. – При мыслях о том, что они могли бы делать для нас… механизмы из воздуха и света! Их шестерёнки – завывание ветра, а ходовая пружина была лишь детским заклинанием. Но это обидело Гарри Поттера, с его ребяческой одержимостью магловскими методами, так что он арестовал всю мою работу и попытался ограничить меня другим планом исследований. Я был на передовой линии их работы, поднимая магловские принципы на уровень…

Драко сделал нетерпеливый жест, и Эразмус прервал свой страстный словесный поток. Долю секунды он с улыбкой покивал, а затем величественно поднял подбородок.

– Что ж, простите меня… Я всё ещё обескуражен из-за гонений, да и всей череды событий.

Драко подошёл к огромному столу, рабочая поверхность которого была покрыта поразительно гладким идеальным нефритом. Он сдвинул несколько пергаментов в сторону, выбрал один и начал его разглядывать.

– Так что же, Лоуренс, – он вновь посмотрел на мальчика. – Как именно, по вашему, вы можете мне помочь?

И снова молодой мужчина с серебряными волосами не дал Лоуренсу ответить. Одной рукой он громко скомкал пергамент, прежде чем выпрямиться и повернуться к нему лицом. Нарцисса подошла к сыну и, остановившись рядом, передала ему трость, которую держала в руках. Драко легким движением принял её, сверля Лоуренса взглядом.