Читаем Шопинг с Санта Клаусом полностью

   – А я-то еще удивилась, что она вещи не бросила посреди комнаты, как обычно! – с досадой пробормотала Ирка. – Ну, Ленка! Ну, зараза! Куда она, спрашивается, делась?

   – Че-чемодан, – отодвигаясь от упомянутого предмета и бледнея, пролепетал Вадик. – О господи! Неужели?!

   – Неужели – что?!

   – Неужели Ленка там? В чемодане?! – прошептал Вадик. – Как Юрик был в сумке…

   – Не говори глупости! – тоже быстро бледнея, прикрикнула на него Ирка. – Почему она должна быть в чемодане? Не надо ей в чемодан. И не поместилась бы она в чемодане.

   Прозвучало это отнюдь не утешительно, как-то даже жалко. Вадик малодушно отвернулся и прошептал:

   – Открой его!

   – Господи, укрепи меня! – пробормотала Ирка и потянулась дрожащей рукой к замку чемодана.

   Вадик крепко зажмурился. Замок щелкнул, молния свистнула, Ирка ахнула и воскликнула:

   – Вот она где!

   Вадик покачнулся и приготовился услышать кошмарную новость. Вместо этого послышались нежный шелковый шорох и удовлетворенное сопение. Осторожно открыв глаза, он посмотрел на Ирку. Она крутилась у зеркала, прижимая к верхней части своего организма полупрозрачную кружевную тряпочку жизнерадостного оранжевого цвета. Оценить, насколько это игривое одеяние Ирке к лицу и к телу, было невозможно: примерка нижнего бельишка поверх целомудренно укрывающего госпожу Максимову пухлого одеяла имела характер сугубо символического действа.

   – Моя любимая маечка, – объяснила кокетка, встретив в зеркале непонимающий взгляд товарища. – Ленка, зараза, нагло свистнула ее у меня и использует как ночнушку.

   – Только не сегодня! – напомнил Вадик, через плечо потыкав пальцем в ночевавший в Ленкиной постели чемодан.

   Ни на нем, ни на прочих предметах, вкупе заменяющих в кровати пропавшую Ленку, никаких спальных одеяний не было.

   – Похоже, твоя любимая подружка вообще не ночевала в номере? – спросил Вадик, нажимая на слово «твоя» и тем самым пробуждая у Ирки смутное чувство вины.

   Никакой вины за собой Ирка не чувствовала, а вот беспокойство испытывала сильное. До сих пор дорогая подружка исправно держала ее в курсе всех мало-мальски значимых событий в своей личной жизни, а тут вдруг исчезла без предупреждения и объяснения! И ладно бы не сказала о какой-нибудь ерунде вроде выловленного из чужой реки незнакомого трупа! Но ночь, проведенная подругой вне специально отведенного для этого места, определенно не могла считаться мелочью, не заслуживающей внимания! Ирка хотела немедленно вывалить все свои вопросы и упреки на неразумную голову подружки, но сделать это не удалось.

   – У меня деньги на счету закончились! – огорчился Вадик.

   – А мой телефон тут вообще бесполезен, у меня роуминга нет, – тоже расстроилась Ирка.

   Пришлось звонить с городского телефона в номере, но и это не помогло наладить связь: вызываемый абонент был недоступен.

   Думать, что близкая подруга лишила ее своего доверия, Ирка не хотела, поэтому версия о том, что Ленка покинула гостиничный номер не по собственной воле, была рассмотрена внимательно и со всех сторон. В свете трагической смерти Юрика, посмертно представленного Ирке Вадиком в качестве правой руки их общего с Ленкой телевизионного шефа, любые неожиданные происшествия с участниками берлинской миссии выглядели подозрительно. Настораживала и ловкость, с которой автор сложносоставной пододеяльной композиции использовал для создания «куклы» Ленки ее же багаж: это неприятно напоминало о том, что мертвого Юрика нашли упакованным в дорожную сумку. Похоже было, что преступник четко ассоциирует неживые тела и багажные принадлежности, при этом комбинируя их в разных вариациях.

   – Какой-то чемоданный маньяк! – предположил Вадик.

   Это была первая версия. Вторую, поколебавшись, выдвинула сама Ирка. Колебания ее были вызваны сомнениями в том, что подружка, если с ней все хорошо, одобрит Иркины сметливость и болтливость. Версия была построена именно на том, что Ленке хорошо, из отеля она улетучилась по собственной инициативе, без приюта не осталась и скоротала ночь отнюдь не в чемодане и не с маньяком.

   Тщательный осмотр помещения склонил чашу весов в сторону версии номер два.

   – Она не стала разбирать свои вещи, но воспользовалась утюгом! – заметила Ирка, исследовав содержимое встроенного шкафа. – И по всему видно, что очень торопилась. Вечером, я помню, гладильная доска аккуратно стояла в уголочке, а теперь валяется на полу, и шнур утюга весь в петлях – сто процентов, Ленка похозяйничала! Дальше, смотри: ее любимые джинсы небрежно брошены на тумбочку.

   – Что ты говоришь, Ленка в кои-то веки надела юбку?! – изумился Вадик. – Значит, был какой-то особенный повод.

   – Вот именно! – кивнула Ирка. – Пошли дальше. В ванной под зеркалом лежит открытая косметичка, на полочке валяются флаконы и тюбики, и набор их таков, что лично мне сразу ясно: наша девушка вдохновенно рисовала себе парадное лицо.