Читаем Шарлатаны полностью

Не зная, чем заняться, и надеясь, что виртуальный мир даст хотя бы ощущение близости с Авой, молодой врач открыл свой старенький ноутбук и зашел на страницу Гейл Шафтер. Здесь его поджидал еще один удар: с огромным разочарованием Ной увидел, что накануне владелица вывесила два новых фото. Похоже, у нее достаточно свободного времени на посты в «Фейсбуке», но на сообщение возлюбленному нет ни времени, ни желания. В посте говорилось, что Гейл получила потрясающую возможность посетить Вашингтон. Ной разглядывал снимок, на котором улыбающаяся до ушей Гейл-Ава стояла перед мемориалом Линкольна. На голове у нее была натянута бейсболка, скрывающая белокурые волосы. Второй снимок запечатлел Гейл возле нового Национального музея афроамериканской истории. По крайней мере, теперь Ной знал, что Ава действительно уехала по своим лоббистским делам. Он еще полистал альбом с фотографиями Гейл, многие из которых напомнили ему снимки в кабинете Авы. Затем Ной перешел на ее страницу о красоте и здоровом питании, с облегчением отметив, что хотя бы здесь новых видеороликов не появилось.

Дальше Ротхаузер вернулся на главную страницу и перечитал пост: в нем говорилось о том, сколько удовольствия получит турист, гуляя по этому прекрасному городу, сколько здесь достопримечательностей, а на улицах можно запросто увидеть известных политиков. Гейл старательно перечислила тех, с кем ей довелось повстречаться лично. Затем Ной почитал комментарии. Удивительно, сколько людей откликнулось на рассказ о Вашингтоне: девяносто четыре лайка и больше трех десятков комментариев. Они были примечательны своей банальностью и парадоксальным образом представляли собой сочетание крайнего индивидуализма и шаблонного мышления толпы. Некоторые пользователи даже вступали в беседу друг с другом, создавая длинные многоступенчатые ветки из комментариев на комментарии. Ной лишний раз убедился, насколько разговор в виртуальном пространстве отличается от общения в реальном мире.

Прокручивая ленту диалогов, он внезапно замер и недоверчиво усмехнулся: среди особо активных комментаторов, восхищавшихся постом Гейл, была Мелани Ховард. В свою очередь Гейл отвечала на ее реплики в таком же хвалебном духе. Зная, насколько умна и проницательна Ава, Ной был озадачен ее детскими шалостями в сети. Зачем ей это?

Охваченный каким-то странным интересом, Ной начал просматривать страницы людей, отметившихся под постом Гейл. Он читал, что пишут ее «друзья», заходил на страницы тех, кто комментировал их посты, заглядывал в группы, которые они читают. Количество аккаунтов нарастало в геометрической прогрессии; это напоминало путешествие по бесконечно расширяющейся вселенной. В диалогах под постами попадались самые разные темы — от политических скандалов до обсуждения контекстной рекламы, которую «Фейсбук» вставляет в ленту новостей, чтобы расширить охват аудитории. Поскольку Гейл Шафтер и Мелани Ховард были вымышленными персонажами, Ротхаузер подумал: а нет ли у Авы еще пары-тройки фейковых аккаунтов, и если есть, то в чем смысл, ради чего прилагать столько усилий, создавая фантомные личности? Размышляя в таком духе, Ной пришел к другому вопросу: сколько профилей, которые он смотрел, точно так же являются подделками? Впрочем, этого он никогда не узнает.

Вернувшись на страницу Гейл, Ной проверил соотношение мужчин и женщин среди ее комментаторов. Оказалось, примерно поровну. Ротхаузер был слегка озадачен, поскольку почему-то ожидал, что женщин будет значительно больше. Также он обратил внимание, что возраст тех, кто использует на аватарке собственное фото, а не изображение ребенка или животного, находится в диапазоне от двадцати до сорока. Он рассеянно прокручивал список друзей Гейл, пока на глаза ему не попалось знакомое имя: Тереза Пиксар. Молодой врач помнил, как удивился обилию откровенных снимков на странице тринадцатилетней девочки. Он снова заглянул в профиль Терезы. В списке ее друзей почти не было сверстников, в основном люди много старше. Интересно, родители в курсе, чем их дочь занимается в социальных сетях?

Чем глубже Ной погружался в виртуальную вселенную своей возлюбленной, тем настойчивее у него в голове звучал вопрос: кто же ты, Ава Лондон? Неужели мир социальных сетей действительно играет в ее жизни такую огромную роль, замещая настоящие человеческие отношения? Если верить ее утверждениям, так и есть. Однако Ной с трудом допускал, что Ава не видит разницы между той близостью, которой они оба наслаждались последние три недели, и тем, что, на его взгляд, было лишь жалкой имитацией. И все же возникала другая тревожная мысль: а так ли они были близки на самом деле, как ему хотелось думать? Внезапный отъезд без предупреждения и холодное сообщение без малейшего намека на нежность вроде «Целую, буду скучать» или хотя бы «Прости, пришлось срочно уехать» плохо вяжется с подлинной близостью. А как насчет элементарной благодарности за те усилия, которые Ной потратил, чтобы выгатить ее из неприятностей, особенно на последней конференции?