Читаем Шарлатаны полностью

Ной вздрогнул, словно получил удар электрическим током. Сердце пустилось вскачь. Прошло всего две недели с тех пор, как шеф вызывал его на ковер. Правда, тогда все закончилось благополучно. Но на этот раз внезапное желание заведующего повидаться, да еще срочно, не сулило ничего хорошего. Одно то, что приглашение поступило по громкой связи, уже настораживало.

— Скажите, закончу минут через тридцать, — стараясь не выдать волнения, бросил Ной.

— Передам, спасибо, — ответила Дженет и отключилась.

Ной глубоко вдохнул и попытался успокоиться. Легко сказать — успокоиться. Он наблюдал, как Линн Пирс, новичок-ординатор, зашивает рану под неусыпным контролем Арнольда Уэллса, старшего ординатора третьего курса.

Доктор Пирс отлично справлялась, хотя для нее это был первый опыт. Весь прошлый месяц Линн провела в отделении интенсивной терапии, а теперь по плану ротации ей предстоял целый месяц работы в отделении гастроэнтерологии.

Операция панкреатэктомии — удаление поджелудочной железы — область, в которой специализировался доктор Мейсон. Хорошо изучив его технику. Ной справлялся почти так же быстро, как и сам Дикий Билл. Сегодня он тоже остался доволен результатом. Ной в принципе считался одним из самых «быстрых» хирургов в больнице. И дело было вовсе не в спешке: он прекрасно знал анатомию и обладал исключительной зрительно-моторной координацией — ни одного лишнего движения.

— Эй, ребята, ничего, если я улизну? Справитесь? — спросил Ной, не в силах больше выдерживать неизвестность и гадать, зачем доктору Эрнандесу понадобилось видеть его.

— Без проблем, — сказал Арнольд Уэллс. Линн Пирс промолчала, она сосредоточенно накладывала швы и не замечала ничего вокруг.

Ной заскочил в раздевалку, сменил операционный костюм на белые брюки и куртку и поспешил на встречу. Шагая по длинному коридору хирургического отделения, он решил, что доктор Кумар все-таки пожаловался доктору Эрнандесу на главного ординатора, который досаждает ему визитами. Другого объяснения Ной придумать не мог, точно так же, как не мог сочинить более-менее правдоподобного объяснения, почему обратился через голову шефа напрямую к заведующему анестезиологическим отделением. Передряги последних дней вымотали настолько, что мозг просто отказывался работать.

Прошлой ночью Ной мало спал, не в силах отделаться от навязчивой круговерти одних и тех же вопросов: зачем Мейсону понадобилась его диссертация, как она вообще попала к нему и что означают закладки в тексте? Угрозы Дикого Билла сделать все, чтобы добиться увольнения главного ординатора, тоже не давали покоя. Может, хирург нашел способ осуществить их? Ной не знал и от этого тревожился еще сильнее.

Измучившись от бесполезных попыток уснуть, он встал в четвертом часу утра и вернулся в больницу. Делать ему в такую рань было нечего, и он занялся подготовкой к следующей конференции по летальным исходам. Но и здесь мысли об Аве не оставляли его. Просматривая расписание операций на вторник, он увидел, что ее имя появилось в списке анестезиологов. Значит, Ава вернулась в город. Интересно, что он почувствует, если случайно столкнется с ней в коридоре?

Когда Ной предстал перед миссис Кимбал, секретарем доктора Эрнандеса, — женщиной чрезвычайно обходительной, полной противоположностью миссис Ланкастер, — она улыбнулась ему и попросила подождать в общей приемной, сказав, что позовет Ноя, как только заведующий будет готов принять его. Обычное вежливое обращение миссис Кимбал не изменилось, и Ротхаузер воспринял это как добрый знак. Опускаясь в кресло, он чувствовал себя гораздо увереннее. И тут ему в голову пришла другая идея. А что, если доктор Эрнандес хочет поздравить своего подчиненного с тем самым отчетом, который Ной сдал накануне? Документ был составлен почти идеально, и главное — общий тон вышел положительным: в отличие от предыдущих лет, ни у одного из новичков не возникло проблем с адаптацией к суровым требованиям учебной программы.

Ной предавался грезам о заслуженной похвале ровно до того момента, когда в коридоре появилась небольшая процессия, состоящая из главных больничных авторитетов, в том числе докторов Кантора, Мейсона и Хироси, а также, как ни странно, Глории Хатчинсон — президента БМБ. Они уверенно промаршировали в кабинет заведующего и скрылись за дверью. Беспокойство вернулось и нарастало с каждой секундой. Для чего эти шишки собрались у заведующего хирургией? Они тоже будут присутствовать на встрече или у них свое собрание, а Ноя просто попросят подождать, пока оно закончится? Если первое — затевается что-то грандиозное, если второе — есть шанс отделаться легким испугом. Ротхаузер положил пальцы себе на запястье и посчитал пульс: сто десять ударов в минуту. Ной чувствовал, как кровь пульсирует в висках.