Читаем Шаг второй. Баланс сил полностью

– Без официоза. Это будет такой же ужин, на котором ты присутствовал пару месяцев назад. Все свои, – правильно поняв мой тон, уже куда веселее откликнулся Болх. – Я передам князю, что ты будешь.

– А я мог отказаться? – пробормотал я.

– А кто-то мог тебя заставить? – в тон произнёс княжич и, хохотнув, договорил: – До завтра, Ерофей!

Вот же… гадство. С другой стороны, а с чего я должен был бы отказываться от поездки в гости к Старицким? Люди у них, как я помню, собираются весьма интересные, вон, хоть того же Бадри Автандиловича вспомнить, да и… повар у Виталия Родионовича хорош. Очень. А ещё будет возможность поговорить с князем о выданном мне сертификате. Вот ни за что не поверю, что его выдали без ведома моего покровителя. А если он в курсе, значит, должен знать, зачем это было сделано… если сам не был инициатором, в чём я почти не сомневаюсь, если честно.

Вернуться к работе мне не удалось. Стоило только вновь открыть рабочее поле зеркома, как по квартире разнеслась трель дверного звонка.

– Йоганн? – вот уж кого не ожидал увидеть на пороге своего дома, так это старосту класса. – Ты как меня нашёл?

– Полина Георгиевна твой адрес дала, – Вермеер прошёл в прихожую и, оглядевшись по сторонам, одобрительно кивнул, но тут же спохватился. – Доброго дня, Ерофей. Извини, что без предупреждения, но… у старост и каникулы не каникулы.

– Что-то случилось в гимназии? – удивился я.

– Нет-нет. Просто получил задание от куратора, вот выполняю, – отмахнулся Йоганн. – А ты неплохо устроился. Не знал, что университет сдаёт жильё в найм посторонним.

– Условие контракта, – пожав плечами, ответил я. – Проходи в комнату, попьём чаю, отогреешься, заодно расскажешь, каким ветром тебя занесло.

– С удовольствием, на улице и впрямь холодно, словно мы не в Хольмграде, а в Архангельске, – улыбнулся одноклассник, скидывая пальто. Я тем временем извлёк из шкафа мягкие «домашние» туфли и подал их гостю. Йоганн удивился, но, не обмолвившись и словом, начал разуваться. Ну да, тапки здесь не в ходу. Хозяевам дома их заменяют такие вот «мокасины», а хозяйки носят что-то вроде полусапожек на небольшом каблуке. А вот гости… гости обычно не переобуваются вовсе. Честно говоря, я бы и не стал предлагать Йоганну домашние туфли, если бы не видел, что тот продрог от кончика носа до самых пяток. А в таком случае согреть ноги – первое дело. Не принято? Да и чёрт с ним. Лучше уж так, чем свалиться с простудой.

Пока я выставлял на стол чайные принадлежности и грел воду, Вермеер, устроившийся в полукресле у окна, с любопытством крутил по сторонам головой, рассматривая довольно скудную обстановку моей квартиры.

– А ты не любитель захламлять дом, а? – произнёс староста, с благодарным кивком принимая чашку с горячим, ароматным чаем, от души сдобренным смородиновым листом.

– Не особо, – согласился я, но тут же добавил: – Но в данном случае это всего лишь следствие моего недавнего переезда. Ещё не успел толком обрасти вещами.

– Понятно, – Йоганн старался держать чашку так, словно он находится на официальном чаепитии в доме какой-нибудь чопорной матроны, хотя я прекрасно видел, что замёрзший бедолага так и хочет обхватить чашку руками. Лёгкий согревающий конструкт без проблем лёг на рукава его пиджака. Но заметил его Вермеер, лишь почувствовав распространяющееся по рукам тепло. – Ух ты… научишь?

– Не проблема, – отозвался я, отхлебнув добрый глоток чая. – Как только расскажешь, что за дело привело тебя в первый же день каникул в мой дом.

– Маскарад, – отозвался Йоганн.

– Не понял, – я помотал головой. – Какой маскарад?

– Гимназический рождественский бал, – Вермеер произнёс три слова так, словно они всё объясняли.

– А теперь, для альтернативно одарённых, – после небольшой паузы, вздохнул я. – Кто, что, куда, зачем?

– О… – староста даже замер на миг, но почти тут же спохватился и, сделав длинный глоток, моментально ополовинивший его чашку, пустился в объяснения: – Я так понимаю, что новость о предстоящем Большом рождественском бале прошла мимо тебя точно так же, как и все остальные события в гимназии?

– Очевидно, – медленно кивнул я, пытаясь сообразить, чего ж такого интересного я мог пропустить в своём увлечении проектом Багратова и занятостью на полигоне. – А что за события «прошли мимо меня»?

– Многие, – со смешком ответил Вермеер. – Но о них можно будет поговорить и позже. А сначала о бале.

– Внимательно слушаю, – я подобрался, уже чувствуя, что ничего хорошего не услышу.

– Замечательно, я рад, что наконец смог привлечь твоё внимание к делам гимназии. На занятиях и переменах тебе явно было не до того, – на полном серьёзе кивнул Йоганн. – Итак, для тех, кто слишком глубоко ушёл в себя, сообщаю: седьмого января в семь часов пополудни начинается рождественский бал. Изначально предполагалось, что он будет проводиться в приёмном зале нашей гимназии, но вчера вечером в здании случился потоп, и исправлять его последствия, очевидно, будут до самого завершения каникул.

– То есть бала не будет, – заключил я, но по взгляду старосты понял, что рано обрадовался.