Характерен для системной лжи, которая в правилах нынешней законной власти, такой эпизод таежного бытия. Вышел журнал «Советский Союз» с публикацией о Советском районе. О ней заговорили оказавшиеся в коррпункте Павла Котова еще двое журналистов, когда в него заглянул Краткий.

 - Никита Матвеевич, - обратился к нему один из работников пера. – В этом очерке допущено шесть дичайших ошибок, за каждую из которых, появись она в наших газетах, вы немеденно потребовали бы отстранить написавшего материал от должности. 

- Назови две.

- Первая. Государственная студия телевидения в Комсомольском представлена как любительская Малиновского леспромхоза, и тем самым профессионалы телеэфира во главе с руководителем Оракуловым, награжденным за высокий уровень мастерства грамотой Верховного Совета СССР, стали вдруг самодеятельными кружковцами.

Вторая. Указана температура воздуха такого низкого градуса, которой не только не бывает никогда, но ее невозможно замерить – лопнет термометр.

 И на это Никита Матвеевич, может быть, изо всех номенклатурщиков СССР самый правдивый, ответил как будто так и надо:

 - Зато о нас прочтут на шести языках.

 ВЗЛЕТ АНТИГЕРОЯ

 Переведен в Москву и избран педседателем ЦК профсоюза работников лесной и деревообрабатывающей промыщленности Щербак Борис Борисович, директор Комсомольского леспромхоза. Этого почета руководитель удостоился именно за то, что с помощью административных подпор вывел на всесоюзную арену опыт лесосечной бригады Е. И. Молитвина, сделав ее маяком в отрасли. Лишенный угрызений совести, он с шайкой подельников как бы запятнал тяжкие, но чистые и выдающиеся сами по себе труды коллектива Егора Илларионовича, их товарищей по ремеслу во всем Северном Приуралье. Подъехали мерзавцы, дорогой читатель, простите, ради Бога, к самой радости творческого огня, великолепию жизненного праздника, солнечных дней, мирного бытия, здоровья. Демоны-человеки, у которых нет ничего заветного, ничего святого, не способные любить, отдаваться обаянию богатырских дел!

 ГЛАВА 14. НОВЫЕ ПИСЬМА С ГАЗОТРАССЫ

 Прошло немногим более месяца, как бюро Советского райкома партии рассмотрело вопрос об ускорении темпов строительства лупинга на участке 44-106 километры и подготовительных работ к сооружению лупинга 110-185 километры третьей очереди газопровода Пунга-Урал. Строители заверили райком, что приступят к работе сразу же, как только мороз скует болота. Они обещали еще в декабре проложить четырнадцать километров новой магистрали.

 Пришло время проверить, как выполняются обещания, и результаты вызвали большую тревогу.

 На трассе царит безмолвие. Только механизаторы изредка нарушают тишину. Они выкопали шестнадцать километров траншеи и остановились. И вполне сознательно. Нарушается комплексность строительства. Технология прокладки трубопровода требует, чтобы в готовую траншею сразу же укладывалась заизолированная магистраль. Иначе валик отрытого, влажного грунта сцементируют морозы и при засыпке газопровода на стальную нить трубы , заботливо укутанную изоляционной пленкой, насыплется не рыхлая земля, а многотонные глыбы. Кроме того, часть изоляции будет безнадежно испорчена, на трубе могут остаться угрожающие вмятины.

 Из Советского вертолетом прилетели на трассу трое молодых мужчин. Это Вячеслав Арсеньевич Уханов, ставший секретарем райкома КПСС по промышленности; возглавивший вместо него Комитет народного контроля Харитон Ефимович Жарков, бывший главным инженером Саратовского леспромхоза; Павел Афанасьевич Котов. На прибывших шубы, унты, теплые с опущенными клапанами шапки, меховые рукавицы. Однако мороз стоит такой, что у прилетевших даже губы замерзли, пока прошли от вертолета до радиорелейки метров сто пятьдесят: не могут объяснить, кто они и зачем здесь.