Читаем Сердце шута полностью

– Дэни мертв, это ты устроил? – спросил он. Я уперся плечом в стену рядом, наблюдая за перепалкой. Я знал, что Аарон ничего не сделает брату любимой женщины. Даже если Матиас виноват в убийстве Дэни. В конце концов, для Дэни и так был подписан смертный приговор.

– При чем здесь я?

– Ты ушел из клуба, я не мог найти тебя четыре часа, Матиас! – громко отозвался Аарон. – Потом семья Санчес поджигает наши склады, а у Дэни волшебным образом кровавая улыбка от уха до уха, как прикажешь понимать?!

– Как хочешь, так и понимай, я здесь ни при чем!

– Ты так же говорил, когда Лу пропала, – упрекнул Тайфун, прижав парня к стене еще сильнее. Я подошел ближе.

– Матиас, мы не собираемся убивать тебя, если это сделал ты, то просто скажи. Важнее оградить всех нас от последствий!

– Что здесь происходит?!

Черт.

Мы втроем синхронно обернулись на удивленно-недовольный восклик Луизы. Аарон тут же отпустил Матиаса.

– Все в порядке, – подал голос тот, поправив свитер. Лу сложила руки на груди, по очереди разглядывая нас. Я чувствовал себя нашкодившим школьником, которого отчитывают на перемене.

– А теперь мы сядем, и вы расскажете мне, что, черт возьми, происходит. – Она направилась в гостиную, кутаясь в широкий вязаный кардиган, похожий на те, что постоянно носила Анабель. Луиза зажгла небольшой светильник. Матиас и Аарон расселись в разные углы дивана, как обиженные друг на друга коты. Луиза нырнула под бок Аарона, словно это естественное их положение. И я бы не соврал, если бы сказал, что рад за него.

– Дэни мертв, – выдал Аарон без прикрас и долгих прелюдий. В воцарившейся тишине выдох Луизы показался слишком громким.

– Товар уничтожен.

– И в убийстве мы подозреваем Матиаса, – добавил я, растянув губы в усмешке. Парень кинул на меня какой-то непонятный взгляд, а затем посмотрел на сестру.

– Я поехал домой сразу после ухода из клуба. Я хотел его убить, но не стал, да и не смог. Ублюдка ведь охраняют так, будто он святой Грааль, а не чертов маньяк, – ядовито выплюнул Матиас. Аарон еще несколько секунд внимательно рассматривал его, а затем, положив руку на бедро Лу, откинулся на спинку дивана, запрокинув голову.

– Паршиво.

– Да, и снова мы, и снова в заднице, – усмехнулся я, поднимаясь из кресла и ослабляя узел галстука. Около дивана теперь стоял барный столик, который Матиас вытащил из кабинета отца. Я налил виски в стакан, залпом опрокинул содержимое, подлил еще, пытаясь не думать о том, как разгребать все, что на нас свалилось.

Мы так и не сомкнули глаз до самого рассвета, который снова наступил неожиданно. Сначала мы долго молчали, обдумывая произошедшее, потом наперебой строили теории заговора, выкуривая сигарету за сигаретой. Кажется, этой ночью адреналина в нашей крови было так много, что мы смогли бы жить на одном только этом чувстве еще парочку дней. Но бодрость все же заканчивалась. В желудке плескался кофе, разбавленный виски. Алкоголь, правда, уже успел выветриться. А вот аромат кофе, сигаретного дыма и мятной жвачки окутал гостиную, как мягкое покрывало обнимает уставшее тело.

Я был рад впервые за долгое время избавиться от кошмаров, провести ночь, не просыпаясь в холодном поту и с криком в ушах. Но повод для этого, конечно, был ужасным. И я не знал, что из этого лучше.

А сейчас я стоял на кухне в доме Матиаса и Лу и варил кофе. Запах свежемолотых кофейных зерен разносился повсюду, заставляя задыхаться посильнее дыма от сигарет. В окне виднелся просыпающийся город с рассыпанными по холмам домиками, поблескивало вдалеке море, уходящее за горизонт, и я смотрел на эту картину, пытаясь впитать в себя утреннюю тишину и спокойствие, как делал каждое утро. Вот только в квартире, доставшейся от родителей, окно выходило на кусок неба и чертовы крыши трущоб. Вся моя жизнь, казалось, была трущобами, из которых я все никак не мог найти выхода. И, стоя здесь, в этой просторной, просто огромной кухне, я чувствовал себя таким маленьким, что не мог подобрать приличных слов, чтобы описать это.

Аарон бесшумно появился рядом, копируя мою позу, сложил руки на груди и тоже уставился в окно.

– Ты уверен, что тебя не убьет пятая кружка кофе?

– Ты уверен, что тебя не убьет эмоциональность?

– Хватит юлить, придурок, – фыркнул Ар. – Пожар потушили. Мы встряли на охренеть какие деньги, друг.

– Доброе утро всегда должно начинаться с хороших новостей, – хмыкнул я, потянувшись убрать кофе с огня. – Может быть, это знак.

– Думаешь, пора?

– Да, Ар, давно пора избавиться от этого наследия твоего отца. И убрать уже мудака Карлоса Санчеса. Он слишком часто вставляет нам палки в колеса, много убытков уже от его самодеятельности.