Читаем Сердце шута полностью

– Ты никогда не сомневался. – Я положил руку на его плечо. Аарон легко кивнул. – Лучшего главу нельзя придумать, Ар. Ты ни разу не оступился, чтобы потерять место в участке, не подставил никого из своих. И ты лучший брат, который у меня только мог быть. Я тоже не знаю, что делать с Дэни, но сейчас важно остановить Матиаса, пока малыш не наделал делов. Вот чего, а этого нам Лу точно не простит, – проговорил я. Он прикрыл глаза, затем одним глотком опрокинул в себя виски, поднялся с дивана.

– Ты прав, – коротко выдал Аарон. – Спасибо.

– А когда было так, что я не прав? – усмехнулся я. – Жду благодарность на счет в виде денег.

– У нас один счет на двоих, придурок, – хмыкнул он, выходя из кабинета.

– Это не значит, что ты можешь оставить меня без денег! – крикнул я ему вслед, а затем все вокруг окунулось в звенящую тишину. Она буквально сводила с ума. И я не нашел ничего лучше, чем уйти. Сегодня здесь могут справиться и без меня.

Я спешно покинул клуб, замечая, что ни машины Аарона, ни Матиаса на парковке уже не было. Дождь закончился, оставив после себя прохладу, запах мокрой земли и соленый морской ветер. Небо расчистилось, рассыпав мириады звезд по темному полотну, которое, впрочем, исчезло, когда я забрался в салон. Я так и не понял, куда собирался поехать и зачем. Просто тронулся вперед и надеялся, что тронулся не головой.

В обычное такое время я бы поехал с Аароном, мы нашли бы Матиаса, остудили его пыл и пошли бы в бар, оставив все эти решения на более удачный день. По правде сказать, я не знал, зачем этим вечером мы собрались втроем. Матиас Перес находился на испытательном сроке, если это можно было так назвать. Доверия к нему все еще не было. Даже у Луизы.

Я остановил машину около пляжа, вышел и закурил. Из-за холодной температуры темнота быстрее опустилась на город, и теперь только разбивающиеся о берег волны переливались в свете уличных фонарей. Остальная же часть моря больше походила на бездну, которая поглощала и свет, и звуки.

Песок проваливался под ногами, а я продолжал идти, выдыхая едкий дым в воздух и думая. Не о чем-то конкретном, а просто перебирая мысль за мыслью, как библиотечные карточки.

Может быть, поэтому набежавшая прямо на черные туфли волна осталась незамеченной.

– Никогда не видела тебя таким рассеянным. – Голос раздался совсем рядом, а я вздрогнул от неожиданности, даже не услышав шагов. Кажется, за всеми этими событиями терял хватку.

Я повернулся, рассматривая Анабель в пальто и теплом сером шарфе поверх головы. Ветер трепал выбившиеся вперед темные пряди, будто играл с ними, но она, кажется, этого не замечала.

– Что ты здесь делаешь в такой час? – спросил я, снова возвращая внимание на море. Ана встала рядом, будто несколько часов назад не призналась в том, что боится меня.

– Иногда у меня бессонница, и я выхожу погулять.

– И тебя ведь совсем не волнует, что гулять по ночам в нашем городе с твоей принадлежностью к мафии – отстойная идея? – саркастично выдал я, пытаясь заглушить дурные мысли.

– Меня никто не знает. – Она пожала плечами. Я затянулся. Девушка повернулась ко мне, вынуждая посмотреть на нее в ответ. Легкая улыбка легла на ее тонкие губы. – Но если ты будешь так часто мелькать рядом, то кто-то непременно подумает неладное.

– Ты беспечна, Анабель.

– А ты пессимистичен.

– Это неправда.

– Правда, – кольнула она. – Ты убежал, как только понял, что сказал слишком много.

– Я убежал, потому что не обязан объясняться.

– Я бы тоже убежала. Иногда мне кажется, что никто из нас не умеет быть нормальным, общаться, любить.

– Аарон любит Лу, – возразил я, даже не понимая зачем. Анабель кивнула.

– Но через что им для этого пришлось пройти? Судьба ткнула их в собственные чувства, как нашкодивших щенков.

– Им бы понравилось то, что ты назвала их щенками.

– Я этого не говорила! – возмутилась Ана, с трудом развернувшись ко мне. Тонкие ручки – совсем маленькие – покоились на животе, будто она всегда была готова прикрыть существо, которое еще даже не появилось на свет. И это она говорила о том, что такие как мы не умеют любить? Хотя… моя мать была такой как мы. И она явно не умела любить. Как и отец.

Я задумался, оставляя ее реплику без ответа. Снова засмотрелся, как синие волны разбивались прямо под нашими ногами. Удивительно, но почему-то это приносило умиротворение. Может быть, мне стоило переехать на пляж, чтобы заглушить кошмары и призраков прошлого?

– Почему вы все время курите? – внезапно прервала тишину девушка. Я усмехнулся, держа в пальцах почти полностью истлевшую сигарету.

– А почему ты рисуешь? – задал я встречный вопрос. Анабель внезапно смутилась, и, я уверен, если бы не темнота, окружающая нас, то я бы заметил румянец на ее щеках. – Это помогает избавиться от мыслей, прочистить голову, сосредоточиться. Из меня паршивый художник, а вот курильщик – в самый раз, – рассмеялся я. – Детский лепет, как по мне, но когда ты позволяешь кому-то курить рядом из мафиозного мира, это многое значит. Я бы ни за что не стал курить рядом с Санчесом, к примеру. А Ар и Лу часто курят одну сигарету на двоих.