Читаем Счастье в добрые руки полностью

Соколовский прямо наслаждался спектаклем, издалека наблюдая за кружением Илоночки вокруг Патрушевой.

– Нда… видит око, да зуб неймёт! Ааабитнааа… А вот Игорь Игоревич – красавец! Прямо рентгеновским взором на Илоночку смотрит! Обычный человек испугался бы, если бы его так в упор рассматривали, но у актрис нервы канатные, а для такой девы это вообще – как комар чихнул. О! А этот у нас тут откуда? Ну нааадо же, какие люди в нашем скромном обществе!

***

Евгений Миронов и не собирался ехать на киностудию. В Москву он приехал для встречи с оптовиками – покупателями кормов, подписал договор, и очень довольный, зашел к отцу.

– О! Женя, хорошо, что заехал! А мы твою рекламную актрису перехватили – хотим её у нас использовать! – похвастался встреченный в коридоре директор медиа направления концерна. – Правда, там какие-то вопросы у Хантерова появились – кто-то на актрису нашу покушался, но это мы решим!

Разумеется, после такого заявления Женя встревожился, и пообщавшись с отцом, отправился к Хаку.

– Да-да, было покушение… Ну, как кто, коллеги. Нежные и дружественные собратья, а точнее сёстры по профессии! – объяснил Хак. – Причём, одну такую «сестру» изловили, а вторая – пока там.

– Как там?

– Она всё делала исключительно хитро – руками первой дурёхи, а сама не при делах.

– А Света про это знает?

– Знает!

– Да она же, небось, перенервничала! – разволновался Женя.

И тут коварный Хантеров, милейшим образом улыбаясь, предложил ему:

– Так, может, съездишь, проведаешь? Девушку в ресторан отведёшь?

– Ты ж знаешь, что я ей предложение делал? Да? Ну не мог ты этого не знать! – хмуро воззрился на него Женька.

– И что?

– А она мне отказала!

– И-и-и? – с вопросительной интонацией протянул Хак.

– Так что ж ты меня туда посылаешь?

– Тебе честно объяснить или откровенно?

– А это разные вещи?

– Само собой! Ладно, объясню честно, она – женщина уникальная! Очень мало кто мог бы тебе отказать.

– А Ирина?

– Тебе просто везёт на уникальных… и да, почему ты перебиваешь? Не хочешь честно – не надо!

– Ну так тогда откровенно расскажи! – невесело хмыкнул Женя.

– Как скажешь. Итак… откровенно – полностью разрывать отношения с такими женщинами, даже если они не хотят тебя видеть в роли мужа, крайне расточительно! Просто потому, что Светлана – уникальный, очень интересный, обаятельный и хороший человек. Таких людей надо держать рядом – это твой актив, понимаешь?

– Вроде… – неуверенно сказал Женя. – То есть съездить? Пригласить? Думаешь уместно?

– Конечно! И да, там я ей оставил своего зама – в качестве охраны, он про ваши отношения ничего не знает.

– Спасибо! Я уж думал, что полконцерна в курсе, что меня бортанули! – рассмеялся Женя, не сообразивший, к чему это всё было сказано.

Он и подумать не мог, что когда за его спиной закрылась дверь, Хантеров тихо рассмеялся:

– А ведь ты сам мне не дал рассказать тебе всё ЧЕСТНО! Ну это и к лучшему, глядишь, сработаешь катализатором! Возможно, и двойным!

Палашов, узревший младшего Миронова на съемочной площадке, слегка удивился.

– Чего он тут забыл?

Света тоже удивилась, но не сильно – унюхала в объёмистом пакете, который держал в руках Женя, что-то этакое… вкусное-превкусное, и этот запах силой отодвинул назад все удивления на свете!

– Свет, я рад тебя видеть! Я проездом в Москве, узнал, что у тебя тут происшествия всякие, вот и заехал уточнить, как ты? А! – он приподнял повыше пакет, – И обед привёз!

– Золотой ты человек! – с выражением ответила Светлана, ныряя в пакет, и выныривая с бутербродом с ветчиной, огурчиком и салатом, – Настоящий друг!

– Да, я такой, – чуть с грустинкой отозвался Миронов, сообразив, что и другом-то числиться вполне-вполне может – вон как Света разулыбалась, ему аж приятно! Зато над Светиным плечом замаячило что-то такое мрачное, что он даже не сразу опознал в этом чём-то Игоря Игоревича Палашова, хотя и довольно неплохо его знал.

– Ээээ, может, бутерброд? Я там много принёс! – предложил Женя.

– Спасибо, я на службе не ем, – отрывисто отказался Палашов, который к Жене относился прекрасно… а вот теперь это прекрасно почему-то сильно поблёкло.

Но эта самая блёклость не шла ни в какое сравнение с теми чувствами, которые испытывала Илона…

– Ах ты бессссстыжжжая! – шипела она. – Теперь поняяятно, как ты роль получила! С младшим Мироновым крутишь? Странно, что тебя в полнометражном ещё не снимают! Они и студию могут под неё купить!

Перед глазами несчастной завидушки мелькали кадры прохода ненавистной соперницы по красной дорожке, в конце которой был кто-то вручающий призы буквально за всё-всё! И все они были куплены Мироновыми для проклятущей Светки!

– Слушай, а с кем ты живность оставил? Ты мне что-то говорил про свою супер-соседку… – спрашивала Света, которая и знать не знала о страданиях ближних из-за её особы.