Читаем Счастье в добрые руки полностью

Там Любови не повезло ещё больше, потому что к её приезду Хантеров был не особенно занят, там что решил сам пообщаться с неразумной особой. Чисто ради развлечения…

– И что же вы туда подсыпали? – для затравки уточнил он.

– Ничего такого… просто снотворное! Ну поспала бы и всё! – фыркнула Любовь.

– Просто снотворное, говорите? А вы в курсе, что пирожное отправлено на анализ? И я почему-то очень не уверен, что вы ограничились одним снотворным. Что там ещё было?

Хак смотрел на глупую девицу как змея на мышь, а она не могла оторвать, увести взгляд куда-то в сторону, спрятаться, закутаться в спасительное враньё, укрыться им словно полуистлевшей ветошью.

– Там… там… я сначала хотела просто слабительное подсыпать, а потом поняла, что это глупо. Мне же надо было сделать так, чтобы режиссёр её выгнал! Он у нас не переносит использования во время съёмок каких-то препаратов. Так что я подмешала ещё средство от давления…

– Зачем?

– Ну как же, она бы проснулась, но была бы не в себе – голова кружится, координация плохая, язык заплетается – невозможно такое не заметить! Сразу бы все заподозрили, что она всякое разное принимает!

– А для чего тогда снотворное?

– Да всё просто! – с некоторой даже досадой объяснила Любовь, – Если бы она просто приняла препарат от давления, то оно бы упало, а она-то в сознании… сообразила бы, что никакая – пошла бы кофе выпила, чай сладкий, подняла давление, понимаете? Или сказала бы, что мол, ей нехорошо. А после сна, да пилюль в сумке, кто бы ей поверил?

– То есть вы даже на несколько шагов просчитывали… Интересно, а то, что она могла бы сама по себе быть с низким давлением, принять ваше снотворное с добавкой и вообще серьёзно пострадать вам в голову не приходило? И да, откуда у вас такие познания о препаратах?

– Я в меде год отучилась, – неохотно призналась Люба, – Да нормальное у неё давление, она вообще здоровая, как лошадь! Ссскотина! – прошипела она. – Я понимаю, конечно, что все мужики будут на её стороне, но она ж… она… она нас всех оскорбляла!

– Фактом своего существования? – сухо уточнил Хунта таким тоном, от которого у Любы пропало всякое желание дальше разбрызгивать яд.

– Налицо покушение на причинение тяжкого вреда здоровью, осмысленное и продуманное покушение, – скучно продолжил он.

Любовь начала было протестовать, но Хантеров ещё не закончил:

– И да… вы в курсе, что несмотря на то, что вы были такой продуманной и предусмотрительной вами руководили, действовали вашими руками в своих интересах?

– Никто мной не руководил! – презрительно фыркнула Люба.

– Что вы говорите? А кто получил бы роль, если бы Патрушеву уволили? – Хантеров щёлкнул клавишей ноутбука, который стоял сбоку на столе и на большом экране справа возникло лицо Илоны, которая вещала:

– Ой, Светочка, какое счастье, что у этой дряни не получилось тебя опоить! Знаешь, она тебе так завидовала, так завидовала! Постоянно говорила, что только дура может носить такой цвет волос, как у нас с тобой, что это старит, кожа выглядит сухой и напряженной.

– Ах… она… гадина! – взвизгнула Любовь. – Это она что мне, так врала?

– Она просто подливала масла в огонь вашей личной зависти, чтобы убрать вашими усилиями Патрушеву, и занять её место. А если бы вы попытались ей вредить, то она вас шантажировала бы тем, что всё про вас знает. Я не исключаю, что она снимала ваши усилия по порче качелей…

Полупридушенный вздох Любы подтвердил догадки Хантерова – качелями тоже занималась вот эта самая предприимчивая особа.

– Вы мне просто объясните… Зачем? К чему такой риск?

– Нe-нa-вижу! Понимаете? Нe-нa-ви-жу таких! Всё ей легко! Прям порхает. Прилетела, всех поразила! А по слухам всё это просто потому, что снюхалась с кем-то из вашего начальства. Да-да! У нас всегда так бывает! А почему она? Почему не я? Чем я хуже?

– Вы не просто хуже, вы в другой категории веществ, – невесело пробормотал Хантеров, когда шипящую от ярости девицу выпроводили из его кабинета. – И у меня, к счастью, начальство на такое не покупается! Интересно, что было бы с ней, если бы она узнала, что Света как раз отказала одному из сыновей Миронова? Точно бы ядa подсыпала – чисто от непонимания!

Он пожал плечами, как всегда, изумляясь многообразию человеческих качеств.

– От Светланы до Илоны и Любови этой… и как же назвали-то неудачно. Она ведь прямо антипод своему имени! Ну, ладно, в соответствии с контрактом будет выписан штраф, просчитана стоимость работы нашего ведомства, которую пришлось осуществлять из-за её действий, выставлен иск. Я думаю, что Патрушева на неё в полицию заявлять не станет – не тот характер. А мы не гордые, мы повоспитываем рублём – иные только так и понимают. Так что с Любой-то всё ясно, а вот с Илоной – это интереснее. Она теперь осторожнее будет! Ну, ладно, посмотрим, как дело пойдёт.

Илона и правда осторожно-преосторожно ахала и всплёскивала руками, поливая отборными помоями свою недавнюю марионетку-Любу. Сама придyшить была готова эту удачливую, невыносимую Светку, только вот камеры везде, да этот тип маячит, словно из камня высеченный – бледный, весь такой неприступный…