Читаем Сбытчик полностью

В квартире его встретила мертвая тишина. Он сразу же мог бы сказать, что в этой квартире побывала смерть. Даже тишина в пустой квартире может звучать по-разному, но когда ты многие годы в поте лица своего добываешь свой хлеб, работая полицейским, то тебе бывает не до поэтических софизмов. А вообще-то в квартире, из которой обитатели ее выехали на все лето, тишина совсем другая, чем в той, которая простояла пустой всего один день и когда известно, что хозяева ее вернутся сюда к вечеру, как обычно. А тишина в квартире, которой коснулась смерть, совершенно особая и ее безошибочно распознают те, кто хоть раз в своей жизни имел возможность смотреть на лежащий на полу труп. Мейер знал эту тишину смерти и прекрасно понимал ее, хотя он и не смог бы перечислить ее признаки. Квартира, в которой не гудит и не шумит ни один из бытовых электрических приборов, не стучит о раковину капающая из крана вода, т, к, краном уже давно не пользовались, наглухо замолк телефон, не тикают давно остановившиеся часы — все это составные части этой мертвой тишины, но отнюдь не все ее целое. Это лишь отдельные признаки абсолютной тишины дома, где побывала смерть. Настоящая тишина дает себя чувствовать сразу и заключается она отнюдь не просто в отсутствии привычных шумов. Она как-то необъяснимо касается чего-то глубинного и это чувство захватило Мейера сразу и целиком, как только он переступил порог квартиры.

Солнце яркими потоками било сквозь стекла закрытого окна, в столбах света плавали невесомые пылинки. Он тихо прошел по квартире, как бы боясь спугнуть затаившуюся здесь тишину. Проходя мимо детской, он заглянул в раскрытую дверь и увидел множество кукол, выставленных рядами на книжных полках. На низких полках, навешенных прямо под подоконниками были целые ряды кукол. Одетые в разноцветные нарядные платья, они смотрели на Мейера немигающими стеклянными глазами, сияя бессмысленными улыбками и ярким румянцем на щечках. Немые рты их были полураскрыты, как бы пытаясь сказать что-то, за алыми губками сверкали ряды ослепительно белых, ровных зубов. Нейлоновые волосы — черные, рыжие, светлые и серебристые — были причесаны на самый различный манер.

Он все еще продолжал рассматривать эту своеобразную выставку, когда услышал в двери звук вставляемого ключа.

Звук этот заставил его вздрогнуть. В этой тихой квартире он прозвучал громовым раскатом. Мейер явственно различил щелканье замка и скрип поворачиваемой дверной ручки. Он успел проскользнуть в детскую комнату, пока входная дверь еще не открылась. Быстрым взглядом он окинул комнату — книжные колки, кроватка, шкаф и ящик с игрушками. Он слышал в коридоре быстро приближающиеся шаги. Мейер, не раздумывая, отворил дверцу шкафа и вытащил револьвер. Тяжелые шаги приближались. Он скрылся в шкафу и прикрыл за собой дверцу, оставив небольшую щель. Затаив дыхание, он притаился в темноте.

Мужчина, который вошел в комнату, был высокого роста, широкоплечий и с узкой талией. Он остановился на мгновение в дверях, как бы почувствовав присутствие здесь еще одного человека. Казалось, он даже принюхивается к чужому запаху. Потом, однако, как бы решив пренебречь голосом своей интуиции, он быстро направился к книжным полкам. Остановившись перед одной из них, он принялся снимать с нее кукол. Брал он их явно без разбора, просто собирая в охапку. Так он набрал их уже штук семь или восемь и направлялся было к двери, когда Мейер толчком ноги отворил дверь шкафа.

Мужчина испуганно обернулся и уставился на него широко открытыми глазами. Выглядел он довольно глупо, продолжая сжимать в руках целую охапку кукол. Сначала он всматривался в лицо Мейера, потом перевел взгляд на направленный на него револьвер, а потом снова уставился в лицо Мейера.

— Кто вы такой? — спросил он.

— Разумный вопрос, — сказал Мейер. — Положите-ка этих кукол. Да поживее, кладите их на кровать, вон туда.

— Что вы себе?..

— Делайте, что вам приказано, мистер! Мужчина подошел к кровати. Он облизал губы, еще раз глянул на Мейера, а потом бросил на постель кукол.

— Повернитесь лицом к стене, — сказал Мейер.

— Послушайте, да какого черта вы тут?..

— Расставь ноги пошире, наклонись к стене и обопрись на нее ладонями. Пошевеливайся!

— Ладно, полегче. — Мужчина наклонился и оперся руками о стену.

Мейер быстро, но тщательно обыскал его — похлопал рукой по груди, карманам, провел рукой по поясу и внутренним поверхностям ног. Потом он отступил от него на шаг и скомандовал:

— Теперь повернись ко мне лицом. Руки поднять вверх.

Мужчина обернулся с поднятыми вверх руками. Он снова облизал губы и посмотрел прямо в глаза Мейеру, потом перевел взгляд на револьвер в его руке.

— Что вы здесь делаете? — спросил Мейер.

— А мне интересно, что здесь вы делаете?

— Я — офицер полиции. Отвечайте на мои вопросы…

— Ну, ладно, ладно, все в порядке, — сказал мужчина.

— Не вижу, что здесь, по-вашему, может быть в порядке.

— Я Деннис Закс.

— Кто?

— Деннис…

— Муж Тинки?

— Ну, собственно, бывший муж.

— Где ваш бумажник?.. Не двигаться! Руки не опускать! А теперь обопритесь снова на стену. Выполняйте!