Читаем Сбытчик полностью

Тедди пристально смотрела на него. Он тоже не отводил от нее взгляда, потом вдруг подумал, а зачем это понадобилась Бернсу копия отпечатков пальцев, и наконец произнес хрипло:

— Тебе достаточно попросить.

* * *

Бернсу очень хотелось задать вопрос.

Ложь, как он видел, была двойной, и, как только он спросит, все выяснится. Вот почему он сидел в автомобиле и ждал. Чтобы спросить, надо найти того, к кому обращен вопрос. Надо найти, загнать в угол и сказать: «Слушай, это верно, что…»

А может, не так?

Но как же, будь он проклят, как это получается, что человек, честно проживший всю жизнь, вдруг попадает в такую переделку? Нет, нет, черт возьми, это была ложь. Глупая ложь, кому-то просто надо было списать убийство на… а что, если это не ложь?

Предположим, что первая часть лжи соответствует действительности, одна только первая часть, что тогда? Тогда, тогда, тогда что-то надо делать. Что? Что я скажу, если первая часть лжи окажется правдой? Как с этим быть? И первой части достаточно. Вполне достаточно, чтобы сойти с ума, если хотя бы первая часть верна, если она верна, нет, нет, это невозможно!

А вдруг правда? Попробуй посмотреть правде в глаза, попробуй представить, что, по крайней мере, первая часть соответствует действительности, и веди свои рассуждения от этой точки.

А если правдой окажется и вторая часть, если она станет известна, сколько несчастий это принесет? И не только самому Бернсу, но и Харриет. Боже, почему должна страдать Харриет, невинная Харриет, и каково это будет для следственного отдела, о Боже, пусть это окажется неправдой, гнусной ложью мерзкого подонка.

Он сидел в машине и ждал, он был уверен, что узнает его, как только тот выйдет из здания. Здание находилось в районе Калмз-Пойнт, где жил Бернс, вокруг были лужайки и деревья, сейчас голые их корни цеплялись за мерзлую землю, стволы у основания присыпаны снежком. В здании горел свет, янтарный свет казался теплым на фоне холодного зимнего неба. Бернс смотрел на освещенные окна и думал.

Бернс был плотным человеком с массивной головой и очень короткой шеей. Его маленькие голубые глаза замечали почти все, смуглое обветренное лицо было испещрено морщинками. Голова его все время была втянута в плечи, словно он от кого-то прятался. Он сидел в машине, наблюдая за паром собственного дыхания, потом потянулся вытереть перчаткой лобовое стекло и в этот момент увидел, как из здания выходят молодые люди.

Послышался смех. Парень слепил снежок и бросил его в девушку, она завизжала. Парень побежал за ней, и оба скрылись в темноте. Бернс высматривал знакомую фигуру. Люди продолжали выходить из здания. Их было слишком много, чтобы уследить за всеми издалека. Бернс поспешно вышел из машины. Лицо обожгло холодом. Он еще глубже втянул голову в плечи и зашагал к зданию.

— Здравствуйте, мистер Бернс, — сказал какой-то паренек. Бернс кивнул, вглядываясь в лица идущих мимо молодых людей. И вдруг, будто закрыли шлюз, поток иссяк. Он обернулся, глядя вслед уходящим, глубоко вздохнул и начал подниматься по ступенькам крыльца в Дом, на фронтоне которого были высечены слова: Калмз-Пойнтская средняя школа.

Он не был здесь со времени… сколько же лет? Бернс покачал головой. Надо быть внимательнее, подумал он. Присматриваться к таким вещам. Но как можно подозревать в таком человеке и как такое можно предотвратить, если все это правда? Харриет, Харриет, куда же ты смотрела?

В зрительном зале, предположил он. Вот, наверное, где они. Если кто-то остался, то они должны быть в зрительном зале. В школе было тихо, классы закрыты на ночь, его шаги по мраморной парадной лестнице гулко разносились по зданию. Зрительный зал он нашел по наитию и улыбнулся про себя, в конце концов, он не такой уж плохой детектив. Боже, какое это все имеет отношение к полицейскому участку?

Он открыл дверь. В дальнем конце зала, у пианино, стояла женщина. Бернс расправил плечи и зашагал по длинному проходу в центре зала. Кроме женщины, в этом большом помещении с высокими потолками не было ни души. Она вопросительно смотрела на приближающегося Бернса. Статная сорокалетняя женщина, волосы уложены узлом на затылке, на приятном милом лице выделялись большие карие глаза.

— Слушаю вас, — сказала она немного неестественным голосом, заметно волнуясь. — Могу я вам чем-нибудь помочь?

— Думаю, что сможете, — произнес Бернс, изобразив на лице радушную улыбку. — Это здесь старшеклассники репетируют пьесу?

— Здесь, — ответила женщина. — Меня зовут мисс Керри. Я ставлю спектакль.

— Здравствуйте, мисс Керри, — сказал Бернс. — Рад познакомиться с вами.

Он неожиданно почувствовал себя неловко. Его миссия была тайной и не предполагала обмен любезностями со школьной учительницей.

— Молодые люди уже ушли? — спросил он.

— Да, — ответила мисс Керри с улыбкой.

— Я думал, раз уж я оказался поблизости, то почему бы не заехать и не подвезти сына домой? Он играет в вашей пьесе. — Бернс вымучил еще одну улыбку. — Только о ней и говорит дома.

— Ах, вот как? — сказала довольная мисс Керри.