Читаем Санаторий полностью

Академическое изложение основных этапов и результатов 30-летнего периода послевоенной истории Тунгусской проблемы дано лидером КСЭ академиком АМН СССР Н. В. Васильевым (в сборниках, регулярно выпускаемых Комиссией по метеоритам и космической пыли СО АН СССР3). Кратное научно-популярное изложение истории Тунгусской проблемы сделано в книге известного исследователя метеорной физики В. А. Бронштэна “Метеоры, метеориты, метеороиды”, выпущенной издательством “Наука” в 1987 году. В. А. Бронштэн, сделавший серьезный научный вклад в проблему, излагает ее с позиций сторонника кометной гипотезы.

История Тунгусской проблемы продолжается. Ее действующие лица, открывающие сегодня новый этап научного познания Тунгусского дива, — наши современники. Каждое лето в Ванавару отправляется отряд исследователей из Томска и Новосибирска — очередная Комплексная самодеятельная экспедиция. Приезжают группы исследователей из Москвы, Калинина, Новокузнецка, Усть-Каменогорска, Омска, Красноярска. Они вливаются в КСЭ или работают самостоятельно. Время многолюдных экспедиций с широким спектром программ прошло. Но продолжается детальная, тщательная, рутинная разработка отдельных направлений — прежде всего тех, которые можно развивать без финансовых дотаций, не вывозя в поле сложные приборы. Участники добровольных экспедиций отбирают пробы торфа для изотопных анализов, ведущихся в Москве, уточняют границы катастрофного пожара, испытывают новые методики.

Зимой работа продолжается в лабораториях и вычислительных центрах. Приводятся в порядок экспедиционные дневники, составляются картотеки, совершенствуются программы.

В районе катастрофы много перемен. Постепенно исчезают деревья, поваленные в начале века. Они истлевают, зарастают мхом, уходят в почву. Семь десятилетий лесные пожары щадили территорию вывала, созданного катастрофой. Но в 80-х годах по ней прошли во многих местах сильные низовые пожары, довершившие гибель деревьев, упавших в 1908 году. Стоявшие несколько десятилетий столбы “телеграфного леса” подгнили, упали и сохранились лишь в очень немногих местах. Стареют и опять требуют капитального ремонта избушки Кулика. Поднимаются новые поколения леса, закрывая своим пологом остатки погибшей тайги.

Про свои экспедиции Л. А. Кулик как-то написал, что они проходили в обстановке героев Майн-Рида и Фенимора Купера. В те дни экспедиция, ушедшая в район катастрофы, надолго отрывалась от Большой земли. Тайга требовала от первопроходцев и крепкого здоровья и умения жить в полном отрыве от культурного мира. Противостояние человека и стихии происходило тогда “на равных”.

В послевоенные годы район катастрофы приблизился к центрам цивилизации. Ванавара превратилась в один из ее форпостов. Авиация и другая техника значительно облегчили организацию экспедиций. Сыграли свою роль и достижения спортивного туризма, который в 30-х годах только зарождался в нашей стране. Отмерли караваны лошадей и оленей. Молодые люди, владеющие техникой движения с грузом по бездорожью, умеющие ориентироваться и жить в безлюдной тайге, сумели охватить наземной съемкой огромные ненаселенные территории.

Опасности, трудности, риск, сопровождавшие труд первопроходцев, не исчезли, но новое поколение исследователей справлялось с ними новыми средствами. Постепенно отмерли накомарники, без которых не могли обходиться первые экспедиции, — на смену им пришли химические репелленты. Продовольствие в район работ направлялось по воздуху. На поиски заблудившейся группы в серьезной ситуации также вылетала авиация. Заболевших отправляли в районную больницу вертолетом, если работавшие в тайге кандидаты медицинских наук оказывались бессильными.

Самодеятельная экспедиция не всегда могла позволить себе иметь в тайге такую роскошь, как рация. В таких случаях в аварийной ситуации тренированные “скороходы” покрывали сотню километров, отделявших район эпицентра от Ванавары, менее чем за сутки, устанавливая все новые “рекорды тропы”. Сочувствие и бескорыстная помощь ванаварских партийных и советских организаций, хозяйственников и авиаторов, геологов и геодезистов, местных охотников и оленеводов нередко помогали выходить из самых трудных переплетов и чрезвычайных происшествий.