Читаем Сакалиба полностью

900 г., ум. в 965 г.)" . Не исключено также, что следует читать не Г.рана, а г.раба, т.е. граф, немецкое Graf, чешское hrabe [540, с. 106]. Как глава марки, граф вполне мог считаться

правителем немцев.

Германцы (саксы) скрываются и под названием сасинп. В рассказе ал-Мас'уди, таким

образом, сакалиба называются не только славяне, но и германцы. Следует ли из этого, что

для ал-Мас'уди славяне и германцы составляли один народ, именуемый сакалиба! В арабо-

персид-ской литературе можно найти несколько примеров употребления дериватов от

слова <немец> для обозначения германцев". Глядя на них, нельзя не отметить, что, с одной

стороны, они употребляются крайне редко, с другой - слово <немец> всегда передается в

разных формах. То же самое можно сказать и о слове <саксы>. Ал-Мас'уди употребляет

славизированную форму сасы, но в двух других источниках, изученных ранее, -

андалусском административном справочнике X в. и сообщении Ибрахима Ибн Йа'куба -

встречаются производные от немецкого Sachsen -аш-1<ш;щуиш и с.л.с.н соответственно.

Очевидно, слова <немцы> и <саксы> так и не вошли в арабо-персидскую географию.

Каждый автор как бы заново заимствовал их, передавая их звучание по-своему. То же

самое сделал и ал-Мас'уди. Естественно полагать, что он при этом следовал за своим

источником. Каким? Употребление славянских имен (<немцы> для немцев, <сасы> для

саксов, <дулебы>, а не <богемцы> для чехов) показывает, что первоисточником был какой-

то славянин. Но славянин, причем столь хорошо осведомленный о народах региона, был

бы, разумеется, в состоянии отличить своих соплеменников от германцев. Отсюда его

рассказ, частью которого является приводимый ал-Мас'уди перечень племен сакалиба, -

описание не славян, а славяно-германского региона в целом. Но андалусцы, которым

сообщил свои сведения славянский информатор, записали, что речь идет о славянах, и

перевели: сакалиба. В таком виде рассказ, очевидно, и дошел до ал-Мас'уди. К сожалению, мы не располагаем текстами других трактатов ал-Мас'уди - <Повесть времен> (<Ахбар аз-

Заман>) и <Срединная книга> (<Китаб ал-Авсат>), где, судя по ссылке в <Мурудж аз-

Захаб>, описание сакалибцаолжно быть приведено полностью, но можно предположить, что ал-Мас'уди переписал рассказ, определив его как описание сакалиба. Он, разумеется, видел в тексте слова нам.джин и сасин, но много лдговорили ему эти названия? До ал-

Мас'уди они в арабо-персидскои географии не употреблялись совершенно. Ал-Мас'уди

столкнулся с новым для него понятием, проверить смысл которого не имел никакой

возможности, ибо сам он в славяногерманском регионе никогда не бывал, а в других

географических произведениях того времени сведений о нам.джин и сасин, во всяком

случае насколько нам известно, не было. Отсюда ал-Мас'уди зачислил нам.джин и сасин в

сакалиба не потому, что считал немцев и славян одним и тем же народом, а потому, что, встретив в описании славяногерманского региона среди названий славянских племен

искаженные славянским произношением, а затем и арабской графикой имена двух

германских народов, посчитал их за названия славянских племен. Конечно, это ошибка, но

ошибка, сделанная бессознательно, появившаяся в результате механического копирования.

Другая часть рассказа о сакалиба, также по-видимому восходящая к западным источникам,

- повествование о царе Мадж.ке и народе в.линана. Прямых исторических аналогий нет, и

поэтому историки предлагали и предлагают самые разные трактовки и идентификации. В

Мадж.ке видели Мешко I [58, с. 94]м, Мусокия Феофилакта Симокатты [475, с. 8],

Мезамера, посла антов, убитого в 560 г. в ставке аварского кагана [540, с. 147; 550, с. 669], библейского Мешеха [5, с. 60] и легендарного

6 Зэк. 101

правителя древних сербов [515, с. 224-225]. Значительные трудности вызывает и поиск

народа в.лииана. А.Я. Гаркави, например, не нашел ничего лучшего, как сблизить в.линана

с Валахией [475, с. 9]. Звучание слова наводит на мысль о том, что речь идет о волынянах.

Такой точки зрения придерживался Ф.Вестберг [224, с. 47; 392, с. 298], однако в <Повести

временных лет> говорится, что волыняне живут по берегам Буга, там, где раньше обитали

дулебы [19, с. 15]; иными словами, название <волыняне> появилось слишком поздно для

того, чтобы считать их народом, господствовавшим в древние времена над всеми

славянами. Сторонники отождествления в.линана с волынянами, правда, обходят это

возражение, говоря, что речь идет о другом народе, который задним числом называли

волынянами. Так, В.О. Ключевский считал, что речь идет о дулебах на Волыни; указание

на их господство в славянском мире он видел в том, что только о них упоминается в

<Повести временных лет>, в рассказе о подчинении славян аварам [354, т. 1, с. 91].

Сходную гипотезу выдвигал позднее Г.Лабуда, который, правда, полагал, что волынянами, по местам первоначального расселения, называли народ Zeriuani Баварского географа

(середина IX в.); согласно последнему, именно от этого племени пошли все славянские

народы [515, с. 203- 225; 178, с. 10-11]. Поиск в.линана на Волыни, однако, наталкивается