Читаем Рыцари веры полностью

Вид убитого лейтенанта, тяжело раненного командира и сотни распростертых на земле в предсмертных муках товарищей привел кавалеристов в совершенное исступление.

- Вперед! Спешиться! Да здравствует король! - вопили они, потрясая шпагами.- О, д’Альбэн, д’Альбэн!

- Вперед! Во имя Бога и короля! - скомандовал маркиз, собравшись с последними силами. Он не хотел умереть неотмщенным.

Кавалеристы бросились к ретраншементам.

- Бейте их! - скомандовал Стефан, каждый удар ужасной шпаги которого уносил человеческую жизнь.

Разрушители храбро выдержали первый кавалерийский залп.

Но на сей раз бешеный натиск роялистов был неотразим. Ретраншементы были взяты, и начался рукопашный бой.

Бунтовщики отступали шаг за шагом, сея смерть вокруг себя и словно увеличиваясь в численности.

Перед дверью одной из первых построек замка Стефан де Монбрен вместе с Жаном Ферре, Пастурелем и десятью другими храбрецами задержал приступ кавалеристов на целых двадцать минут.

Его длинная шпага, которую он держал двумя руками, опускалась с ужасающею точностью на головы врагов, и они падали к его ногам, как колосья, подкошенные серпом. Перед этой отчаянной кучкой храбрецов возвышался целый холм трупов; а они все продолжали разносить смерть и отбиваться от королевской конницы с беспримерною храбростью и стойкостью.

И все-таки деревня была занята королевским войском, и разрушители, окруженные со всех сторон, обратились в беспорядочное бегство.

Битва была, впрочем, уже давно проиграна, и замок взят; тем не менее разрушители еще отбивались и причиняли страшный урон королевскому войску, пораженному бешеною храбростью неприятеля.

Но наконец наступил момент, когда всякое сопротивление стало совершенно бесполезным и невозможным. Стефан понял это. Он шепнул несколько слов на ухо Жану Ферре, и вдруг осаждаемые, шагая через трупы, которые их окружали кольцом, бросились с опущенными головами на врагов, не ожидавших подобной отчаянной атаки. Они пробили себе кровавый путь и рассеялись по узким и неправильным улицам деревни, не дав времени опомниться совершенно озадаченным кавалеристам.

Битва окончилась - последние защитники замка были убиты либо бежали. Королевское войско одержало победу. Но победа эта стоила очень дорого: молодой д’Альбэн был убит, командир маркиз де Кевр метался в агонии, и более семисот человек выбыло из строя.

Правда, разрушители потеряли около четырех тысяч человек; они рассеялись в разные стороны, и бунт в Лимузене мог считаться подавленным, но бунтовщики устроили себе пышные похороны и дорого продали свою жизнь.

Маркиза де Кевра несли на руках солдаты; его поддерживал граф де Фаржи. Маркиз тихим предсмертным голосом приказал, чтобы его внесли в тот дом, около которого так отчаянно защищался Стефан де Монбрен со своими товарищами.

Ему повиновались.

Его внесли в довольно обширную залу, где были разбиты все окна и переломана вся мебель; на полу распростерлись несколько трупов,-

Две женщины, чьи лица скрывались под длинными покрывалами, стояли на коленях посреди залы и молились над одним из трупов, совершенно изуродованным огнестрельной раной; судя по костюму, можно было с достоверностью сказать, что это был труп Стефана де Монбрена, судорожно сжатая рука еще сжимала рукоятку огромной шпаги.

Маркиз де Кевр с первого же взгляда узнал в молящихся женщинах дочь и сестру. На его лице, полном страдания, явилась мрачная улыбка. Он жестом приказал носильщикам положить его на валявшийся на земле матрац и оставить наедине о графом де Фаржи.

При виде его обе женщины вскочили и бросились к нему.

Маркиз жестом отстранил сестру и с трудом повернул лицо к дочери.

- Наконец-то я вас нашел! - глухо прошептал он и сделал тщетное усилие приподняться.- Спасена ли честь моей фамилии? - спросил он с ужасным выражением.

- Сударь!…- воскликнула сквозь слезы девушка.

- А!… Так вы даже в момент моей смерти,,, противитесь мне… о дочь моя!…

Граф де Фаржи пристально посмотрел на коленопреклоненную плачущую девушку и взял ее за руку. Она не сопротивлялась, не сознавая, что с ней происходит.

- Маркиз! - сказал граф де Фаржи, также опускаясь на колени перед умирающим старцем,- Благословите нас!

Девушка вскочила и бросила на него негодующий взгляд.

-  Я знаю все,- тихо шепнул он ей,- ваш муж убит, и вы никогда больше его не увидите.

Настоятельница стояла безмолвно и умоляющим взором смотрела на племянницу, как бы желая ей дать совет, нисходящий свыше.

- Ну что же, дочь моя? - глухо спросил маркиз.- Ответишь ли ты мне?…

- Смелее, мадемуазель де Кевр, смелее! - нежно шепнул ей граф.- Дайте старику умереть спокойно. О! Клянусь вам, я обеих вас буду любить всей душой, и я уверен, что вы со временем простите мне то, что я навязался к вам в супруги.

Девушка посмотрела на него с благодарностью н, поцеловав руку отца, еле внятно прошептала:

- Ваши дети ждут вашего благословения!

-  Бог да благословит вас! - прошептал старец, бледное лицо которого тотчас нее просияло улыбкой.

Он умер.

Тогда граф де Фаржи повернулся к своей невесте и сказал ей с достоинством: