Читаем Русский морок полностью

— Да какая разница, давайте я сам! Мне как-то привычнее, на моем веку уже два десятка коробок вскрыл, правда, не всегда были такие новые, чистые упаковки, но техника была отменная. — Он взялся было за коробку, но, приподняв немного, распрямился и смущенно улыбнулся: — Ну и черт, какая тяжелая, весит, как мешок цемента. Давай, Коля, помоги мне занести в комнату.

Они вдвоем внесли в комнату, положили на стол, Виктор Ефимович, маленьким ножичком аккуратно подрезал контрольные затяжки, открыл, вместе с Колей достал упакованный в пленку магнитофон. Место уже было подготовлено. Они поставили его на полку, Виктор Ефимович взял сетевой шнур, воткнул в розетку, три раза сплюнув через левое плечо, подмигнул аспирантам:

— Примета такая, сплюнуть за левое плечо, причем три раза, значит обезопасить технику от нечистой силы. Ну, все, я включаю.

Он нажал кнопку включения, зажглись два окошка со стрелочками, Виктор Ефимович радостно обернулся, затем воткнул коммутационные шнуры, поставил бобины и включил кнопку воспроизведения, по комнате пошли звуки музыки. Он включил перемотку вперед, затем назад, затем подоткнул дополнительный шнур от старого магнитофона, нажал кнопку записи, подождал немного, потом включил кнопку сквозного канала, послушал, потом выключил, смотал пленку назад и начал прослушивать запись.

— Да, это класс, я сразу слышу, что звучит получше, чем япошки, классный звук. Я доволен! — радостно проговорил Виктор Ефимович.

Он открыл рядом дверцу югославской стенки, достал пачку денег, положил на маленький столик, где сидел Люк, внимательно наблюдая за происходящим, и предложил пересчитать деньги, но француз, сдержанно улыбаясь, отмахнулся, давая понять, посчитать самому, придвинувшись ближе к пачкам десяток, сторублевок и купюр по пятьдесят рублей. Француженка как стояла, опершись на подоконник, так и осталась стоять, несмотря на предложения сесть на диван или в кресло, держа в руках красивую, большую сумку. Виктор Ефимович аккуратно считал, раскладывая их кучками, а когда деньги были пересчитаны, предложил обмыть магнитофон.

— Нам нужно уже уходить, дела не ждут, осталось мало времени для наших научных изысканий по нашей теме, а сделать надо много. Мы, пожалуй, пойдем. — Люк, внешне довольный сделкой, отказался.

Французы и Коля встали, Виктор Ефимович проводил их и вернулся в комнату, оглядывая магнитофон. Сел на диван, налил себе рюмку, выпил, налил еще, но пить не стал.

На улице французы попрощались с Колей, передав ему комиссионные деньги, и пошли в сторону общежития.

Группа наблюдения Краевого УКГБ приняла их через 2,5 часа после их ошеломительного ухода через пролом в стене, вечером проводила на вокзал, где они сели на скорый поезд в Москву, доложили руководству и поехали отписываться по утреннему провалу.

Москва. Ноябрь 1977 года. Поезд прибыл по расписанию, на перроне стажеров-аспирантов приняли московские оперативники. Они довели их до здания посольства Франции, проехав по кольцевой линии метро до остановки «Октябрьская».

В вестибюле посольства Люка и Марту поджидала незнакомая им сотрудница резидентуры, заулыбавшись, она бросилась к ним навстречу, схватила за руки, потрясла их и огорошила тем, что резидент этой ночью срочно вылетел в Париж, но обещал вернуться к вечеру.

— Ну, а вы пока отдыхайте, наслаждайтесь Москвой, я постоянно с вами!

— Давайте сразу в лабораторию, — напряженно сказал Люк, — надо срочно проверить материалы и подготовить их, вызывайте техническую группу.

Сотрудница резидентуры, предварительно позвонив, провела в лабораторию, где их ожидали эксперт с техником, Люк достал небольшую плоскую коробочку из сумки Марты.

— Ну вот, печатайте в серию, не забывайте про таймер внизу, некоторые кадры надо будет увеличить, посмотрим вместе какие, а потом мы еще раз все проверим.

Эксперт взял в руки коробочку и сказал:

— Тре бо! Хорошая техника, из наших последних разработок, трудности будут, конечно, но мы все сделаем как надо.

Сотрудница резидентуры предложила им комнату для отдыха, сказала, что будет рядом, а к вечеру им надо подготовить полный отчет, бумага и ручка находятся в комнате, отдала им ключ и ушла.

Немного отдохнув, они вышли в город, попробовали было погулять, погода была ненастная, поэтому быстро вернулись к себе в комнату. Вскоре позвонила сотрудница резидентуры и сказала, что все материалы готовы, резидент на пути из аэропорта, он уже в стране. Люк попросил посмотреть материалы, которые привез, однако та, извинившись, сказала, что материалы опечатаны в конверте на столе у резидента, и добавила, что если хотите встретиться с послом — он у себя и найдет для них несколько минут. Кроме того, у консула надо забрать документы об их пребывании в Москве для отчета в университете и в ОВИРе.

К резиденту их пригласили часа через полтора, он сидел за столом и просматривал фотографии, увидев их на пороге, встал, пожал им руки и сказал: