Читаем Русский морок полностью

Не было большой проблемой понять, чего добиваются французы. Подловить этого хитроватого, с бегающими глазами начальника отдела секретного предприятия на этой сделке и вербануть его для добычи сведений об изделии. Скромно приписывая себе главные заслуги по установке и привлечению «объекта» для работы по нему французских агентов, Коля тем не менее понимал, что обставить, подготовить и провести в жизнь комбинацию будет не так-то просто и уже пора информировать руководителя операции «Тор». Правда, пока все висело в воздухе, и, чтобы опустить всю эту конструкцию на землю, приземлить, еще надо было много чего сделать. Коля продолжал работать в автономном режиме, как и было установлено заданием для него, однако события надвигались, как грозовой фронт, и он решил, что самое время подать весточку накануне вербовки Виктора Ефимовича. То, что вербовка будет, он не сомневался.

Добившись согласия Виктора Ефимовича на предварительную встречу, он зашел в телефонную будку и набрал номер кафедры.

— Здравствуйте! Скажите, пожалуйста, вам не составит большого труда пригласить к телефону аспирантов из Франции? — проговорил он в трубку, когда на другом конце провода ответил девичий голос.

— О! Это Люк и Марта! Вы их хотите к телефону? — все тот же голос переспросил его.

— Ну да! Если не трудно! Извините меня! — еще раз подтвердил Немецкий.

— Да что вы, мне не трудно, я лаборантка и сейчас свободна! Подождите немного, я их только что видела в коридоре! — сказала девушка. Образовалась свистящая пауза от обилия фоновых звуков, Коля смог уловить фразу: «Чего это трубка лежит снятая?» Он подумал, девушка уже умчалась на поиски, а там сейчас повесят трубку, и все, начинай заново.

— Алло! Моно у телефона! — вдруг он услышал голос Люка.

— Это Коля! Сейчас я подойду к входу в университет, — сказал Коля, примериваясь к расстоянию, — минут через десять!

— Ах, это вы, — услышал он в трубке, — если можете, то ждут вас!

Около входа в университет, сбоку от подъезда, почти на троллейбусной остановке, стояли стажеры, ожидая Колю.

— Вон Коля появился! — обрадованно воскликнула Марта, первая заметившая его.

Немецкий боком, оглядываясь на толпу студентов, приближался к ним.

— Привет! Ну, что там с нашим дружком? Все никак не может решиться? — сразу же спросил Люк.

Коля немного помолчал, затем обыденным тоном сообщил, что встреча состоится вечером.

— Ну, Коля, это замечательное сообщение! Это уже движение, — радостно сказал Люк. — Давай сделаем так, если не трудно для тебя, назначаем две точки встречи с разрывом в пятнадцать минут, начиная от семи вечера, в том районе, где живет Фрогги.

— Кто-кто? — переспросил Коля, впервые услышав это слово.

— Это мы так называем твоего Виктора Ефимовича. Нам трудно произносить, как это принято у вас, у славян, имя с отчеством, вот мы и придумали для него имя. Короткое и понятное.

Коля закивал, соглашаясь с Люком и Мартой, а про себя усмехнулся, агент еще не завербован, а они уже присвоили оперативный псевдоним.

— Договорились? — внимательно наблюдая за реакцией Коли, спросил Люк.

— Да, все понял. Только зачем такие сложности? — простодушно спросил он.

— Так нужно сделать для страховки! Могут отследить и сорвать нашу сделку. Ты же понимаешь, как тут у вас относятся к коммерсантам!

— Еще бы! — Коля понимающе кивнул, и они расстались до вечера.

Виктор Ефимович, вернувшись с работы, начал было прибирать разбросанные по комнате вещи, потом подумал, зачем это надо, он же решил, что встреча произойдет в коридоре, забегут на две минуты, познакомятся. Он скажет, что берет магнитофон, и все дела, рассиживаться тут нечего!

В половине восьмого позвонили, Виктор Ефимович широко распахнул дверь и на пороге увидел Колю, а за ним стояли двое, мужчина и женщина.

— Проходите, будьте как дома, мы радушные хозяева, мы любим гостей, и когда говорят: незваный гость хуже татарина, мы все равно рады! — Виктор Ефимович нервничал, а от этого начинал балагурить.

Они зашли в прихожую квартиры, Виктор Ефимович тут же забыл, что хотел принимать их только в коридоре, жестом пригласил в комнату, неодобрительно посмотрев, что гости, за исключением Коли, прошли, как принято на Западе, не снимая обувь, и, так же, не кокетничая, решительно сели в кресла у журнального столика.

— Вы тут осваивайтесь, — сказал, подумав про себя, что этим ребятам и говорить-то таких слов не надо. — Сейчас, подождите немного, принесу кое-что! — тем же радушным тоном продолжил он, уже начисто забыв о принятом решении наскоро решить все в прихожей.

Виктор Ефимович прошел на кухню, достал бутылку коньяка, порезал лимон и разложил на блюдечке, твердокопченую колбасу, голландский сыр, открыл баночку лососевой икры. Это «богатство» было из пакета продовольственных заказов по предприятию, конечно, заказы были разные по своей наполняемости, но его никогда не обижали. Самые дефицитные продукты всегда были у него. Поставил все на поднос и понес в комнату.

Перейти на страницу:

Все книги серии Баланс игры

Похожие книги

Тень гоблина
Тень гоблина

Политический роман — жанр особый, словно бы «пограничный» между реализмом и фантасмагорией. Думается, не случайно произведения, тяготеющие к этому жанру (ибо собственно жанровые рамки весьма расплывчаты и практически не встречаются в «шаблонном» виде), как правило, оказываются антиутопиями или мрачными прогнозами, либо же грешат чрезмерной публицистичностью, за которой теряется художественная составляющая. Благодаря экзотичности данного жанра, наверное, он представлен в отечественной литературе не столь многими романами. Малые формы, даже повести, здесь неуместны. В этом жанре творили в советском прошлом Савва Дангулов, Юлиан Семенов, а сегодня к нему можно отнести, со многими натяжками, ряд романов Юлии Латыниной и Виктора Суворова, плюс еще несколько менее известных имен и книжных заглавий. В отличие от прочих «ниш» отечественной литературы, здесь еще есть вакантные места для романистов. Однако стать автором политических романов объективно трудно — как минимум, это амплуа подразумевает не шапочное, а близкое знакомство с изнанкой того огромного и пестрого целого, что непосвященные называют «большой политикой»…Прозаик и публицист Валерий Казаков — как раз из таких людей. За плечами у него военно-журналистская карьера, Афганистан и более 10 лет государственной службы в структурах, одни названия коих вызывают опасливый холодок меж лопаток: Совет Безопасности РФ, Администрация Президента РФ, помощник полномочного представителя Президента РФ в Сибирском федеральном округе. Все время своей службы Валерий Казаков занимался не только государственными делами, но и литературным творчеством. Итог его закономерен — он автор семи прозаико-публицистических книг, сборника стихов и нескольких циклов рассказов.И вот издательство «Вагриус Плюс» подарило читателям новый роман Валерия Казакова «Тень гоблина». Книгу эту можно назвать дилогией, так как она состоит из двух вполне самостоятельных частей, объединенных общим главным героем: «Межлизень» и «Тень гоблина». Резкий, точно оборванный, финал второй «книги в книге» дает намек на продолжение повествования, суть которого в аннотации выражена так: «…сложный и порой жестокий мир современных мужчин. Это мир переживаний и предательства, мир одиночества и молитвы, мир чиновничьих интриг и простых человеческих слабостей…»Понятно, что имеются в виду не абы какие «современные мужчины», а самый что ни на есть цвет нации, люди, облеченные высокими полномочиями в силу запредельных должностей, на которых они оказались, кто — по собственному горячему желанию, кто — по стечению благоприятных обстоятельств, кто — долгим путем, состоящим из интриг, проб и ошибок… Аксиома, что и на самом верху ничто человеческое людям не чуждо. Но человеческий фактор вторгается в большую политику, и последствия этого бывают непредсказуемы… Таков основной лейтмотив любого — не только авторства Валерия Казакова — политического романа. Если только речь идет о художественном произведении, позволяющем делать допущения. Если же полностью отринуть авторские фантазии, останется сухое историческое исследование или докладная записка о перспективах некоего мероприятия с грифом «Совершенно секретно» и кодом доступа для тех, кто олицетворяет собой государство… Валерий Казаков успешно справился с допущениями, превратив политические игры в увлекательный роман. Правда, в этом же поле располагается и единственный нюанс, на который можно попенять автору…Мне, как читателю, показалось, что Валерий Казаков несколько навредил своему роману, предварив его сакраментальной фразой: «Все персонажи и события, описанные в романе, вымышлены, а совпадения имен и фамилий случайны и являются плодом фантазии автора». Однозначно, что эта приписка необходима в целях личной безопасности писателя, чья фантазия парит на высоте, куда смотреть больно… При ее наличии если кому-то из читателей показались слишком прозрачными совпадения имен героев, названий структур и географических точек — это просто показалось! Исключение, впрочем, составляет главный герой, чье имя вызывает, скорее, аллюзию ко временам Ивана Грозного: Малюта Скураш. И который, подобно главному герою произведений большинства исторических романистов, согласно расстановке сил, заданной еще отцом исторического жанра Вальтером Скоттом, находится между несколькими враждующими лагерями и ломает голову, как ему сохранить не только карьеру, но и саму жизнь… Ибо в большой политике неуютно, как на канате над пропастью. Да еще и зловещая тень гоблина добавляет черноты происходящему — некая сила зла, давшая название роману, присутствует в нем далеко не на первом плане, как и положено негативной инфернальности, но источаемый ею мрак пронизывает все вокруг.Однако если бы не предупреждение о фантазийности происходящего в романе, его сила воздействия на читателя, да и на правящую прослойку могла бы быть более «убойной». Ибо тогда смысл книги «Тень гоблина» был бы — не надо считать народ тупой массой, все политические игры расшифрованы, все интриги в верхах понятны. Мы знаем, какими путями вы добиваетесь своих мест, своей мощи, своей значимости! Нам ведомо, что у каждого из вас есть «Кощеева смерть» в скорлупе яйца… Крепче художественной силы правды еще ничего не изобретено в литературе.А если извлечь этот момент, останется весьма типичная для российской актуальности и весьма мрачная фантасмагория. И к ней нужно искать другие ключи понимания и постижения чисто читательского удовольствия. Скажем, веру в то, что нынешние тяжелые времена пройдут, и методы политических технологий изменятся к лучшему, а то и вовсе станут не нужны — ведь нет тьмы более совершенной, чем темнота перед рассветом. Недаром же последняя фраза романа начинается очень красиво: «Летящее в бездну время замедлило свое падение и насторожилось в предчувствии перемен…»И мы по-прежнему, как завещано всем живым, ждем перемен.Елена САФРОНОВА

Валерий Николаевич Казаков

Детективы / Политический детектив / Политические детективы