Читаем Россия. Снова эксперимент полностью

Деградации общества положил начало брежневский период. Уже в 70-х годах ощущался сильный запах гниения. Им оказалась поражена вся правовая сфера. Именно тогда юридическое право сменилось правом «телефонным». Именно тогда зарождался милицейский беспредел. Вспоминается разговор с одним знакомым, занимавшим важный пост в школе милиции. В ходе этого разговора у него буквально вырвалось признание, что при подборе курсантов основное внимание в школе уделяется наличию садистских наклонностей. Я не замедлил спросить, как это определяется. Но мой собеседник резко сменил тему, сообразив, что хватил лишнего. Впрочем, понял я очень скоро, что вопрос мой был наивен. Дай садисту любую приманку — и он на нее клюнет. Но меня признание собеседника неприятно поразило, я понял, что за безобразие творится в его школе. Поделился информацией с моими друзьями и был буквально огорошен, так как полагал, что это касается только той конкретной школы. Посмеиваясь над моей наивностью, друзья говорили в один голос примерно следующее: «А ты что, не знал? Такая практика принята повсеместно». У меня никогда не было проблем с милицией, но от своего окружения я часто слышал презрительные клички в их адрес, среди которых превалировали «мент» и «мусор». Потом я понял, что это неспроста. И сейчас продолжаю верить, что такого не было многие годы советской власти. Скорее всего, это порождение брежневской эпохи. По всей видимости, критерий садизма преобладает и сейчас. Ведь неслучайно эти изуверы с помощью бутылки от шампанского копошатся в кишечниках своих жертв, что приводит к смертельным исходам. До этого не додумывались даже гестаповцы. И когда министр внутренних дел Р.Нургалиев предложил в школах милиции ввести курс человеколюбия, то его подняли на смех. Не из-за этого ли он лишился своего поста?

Не последнюю роль в кампании этих зверств сыграло «дело Магнитского», получившее международный резонанс. Известный юрист «… поплатился жизнью за то, что вскрыл схемы хищения крупных денежных средств сотрудниками правоохранительных органов России; за это он был брошен в тюрьму и там уморен или забит» [132]. Там же сообщается: «Ряд стран (США, Великобритания, Нидерланды…) приняли решения об отказе во въездных визах почти 60 российским должностным лицам, считающимся причастными к гибели Сергея Магнитского». Расследования Магнитского продолжила «въедливая» швейцарская прокуратура (как и в деле «Мабетекса»), и «… в рамках данного следствия были арестованы счета, принадлежавшие гражданам РФ и находившиеся в банке «Credit Suisse». Далее в этой же газете сообщается о проходившей в Монако сессии парламентской ассамблеи Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе. Эта сессия «… приняла большинством голосов резолюцию «Законность в России: дело Сергея Магнитского». В этой резолюции, утвержденной, несмотря на сопротивление российской делегации (?!. — К. X.), национальные парламенты стран участниц призываются к принятию мер, на введение визовых санкций и замораживание активов применительно к лицам, ответственным за арест, пытки, отказ в медицинской помощи и смерть Сергея Магнитского». Удивляет беспардонность российской делегации, посмевшей сопротивляться принятию резолюции. Да так ли уж важны последствия этой резолюции? Так ли необходимо присутствие в Европе этих «ментов», против которых направлена резолюция? Но здесь работает привычный комплекс: своего не отдадим ни пяди. Не отдали ведь ни «кремлевского реставратора» Бородина, ни международного террориста Лугового. Но протестом российской делегации против резолюции дело не ограничилось. Расквитаться за нанесенную «обиду» российские власти решили принятием «мудрейшего» закона против усыновления российских сирот американскими гражданами. В прессе этот закон так и получил название «антимагнитского». Нелогичность его может вызвать только удивление. Неужели законодатели не понимали, что объект усыновления американцы способны найти в любой другой стране, и поближе, чем в России. Скажем, к примеру, в Польше, Болгарии, Румынии. Однако этот закон опустил шлагбаум перед судьбами российских сирот, подвергающихся в детских домах издевательствам. Результат их часто приводит к смертельным исходам и, по сообщениям прессы, на порядок чаще, чем в американских семьях. Так что эта акция российских законодателей чуровского призыва в отношении Америки равносильна плевку против ветра и сделана она в порыве бессильной злобы, вызванной ощущением собственной неполноценности.