Читаем Ромул полностью

Ромул

Хищных порода есть птиц, не тех, что томили ФинеяГолодом жутким, но тех, что происходят от них:Головы их велики, очи зорки, а клюв беспощаден,В крыльях видна седина, крючьями когти торчат.Ночью летают, хватают детей в пеленах колыбельныхИ оскверняют тела этих младенцев грудных.Клювами щиплют они, говорят, ребячьи утробыИ наполняют себе выпитой кровью зобы.Это сипухи. Их так по сипению все называют,Ибо от них по ночам жуткий разносится сип.Так что иль птицы они от рожденья, иль старые ведьмы,Силой марсийских словес преображённые в птиц,Только явились они в спальню Проки. Родившийся Прока —Было ему лишь пять дней — свежей добычей им стал.Новорождённого грудь сосут они, жадно терзая,Мальчик несчастный вопит, криком на помощь зовёт,В страхе на голос его кормилица мчится к малюткеИ на щеках у него видит следы от когтей.Что же ей делать? Лицо младенца такого же цвета,Как замерзает листва поздняя в ранний мороз.Крану на помощь зовёт, а та в ответ: «Успокойся:Будет твой сосунок снова и жив и здоров».К люльке она подошла, и мать и родитель рыдают,Крана же им говорит: «Я излечу его вам!»Тотчас же, трижды она земляничником тронувши двери,Трижды листвою его тронула также порог;Вход окропляет водой (а в воде этой было и зелье);И от двухмесячной был потрох свиньи у неё.«Птицы ночные, — она говорит, — пощадите младенцаЧрево: за малого вам малая жертва идёт.Сердце за сердце, молю, нутро за нутро вы берите:Этою жизнью плачу вам я за лучшую жизнь».Жертвуя так, всё нутро рассекает, на воздух выноситИ оглянуться назад тем, кто с ней был, не велит.Януса белую ветвь с колючкой она прикрепляетК щели оконной, где мог в комнату свет проникать.После того, говорят, колыбели не трогали птицы,А у младенца опять стало румяным лицо⁶⁵.

Прока оставил двух сыновей — старшего Нумитора и младшего Амулия. Править должен был Нумитор, но Амулий оттеснил брата от власти и сам утвердился на престоле Альба-Лонги на долгих 43 (или 42) года⁶⁶. Время его правления приходится на первую половину VIII века до н. э.