Она кончила снова, ее дрожь прокатилась через его тело, ее разум заполнил его, дополняя его. Делая их единым целым.

Она принадлежала ему в снах и в жизни, и однажды, совсем скоро, она узнает об этом.

Он был уверен.

Перевод К. Федоровой

Кимберли Рэй

Укусы любви

Лучшего места для встречи с вампиром не придумаешь! Быстрая музыка в стиле ретро лилась из современной стереоустановки и сотрясала стены модного клуба на Манхэттене. В воздухе висел табачный дым. За длинной, от стены до стены, барной стойкой не было ни одного свободного места. И кругом зеркала — на высоких стенах, на полу, на потолке. По краям танцпола стояли велюровые диваны и столики из стекла и хрома. Стробирующий свет вспарывал мрак вдоль, поперек и по кругу, выхватывая из извивающейся массы то одного, то другого танцующего.

Танцпол буквально сочился декадентством и сексуальной озабоченностью. И еще дерьмом…

Я стояла у барной стойки и наблюдала за мужчиной слегка за сорок, в широких брюках и простой белой рубашке. Он подошел к двум девушкам, потягивающим «Космо». Сначала они его игнорировали, демонстративно смакуя коктейли, но чем больше он улыбался и говорил, тем больший интерес проявляли.

Сразу видно — мастер!

В повседневной жизни мастер представлялся Джеймсом Блумфилдом, агентом «Истребителей сверхъестественных существ», сокращенно ИСС, а ближе к ночи становился Джимми Блу, музыкальным продюсером. Во всяком случае, такую байку он рассказывал в клубах вроде этого.

Джеймс дни напролет скучал за письменным столом, определяя местонахождение каждого вампира — прирожденного и обращенного — и каждого оборотня — от волка до тойтерьера, — замеченного между Чайна-тауном и Гарлемом. С наступлением темноты Джимми пускал в ход свои дерьмовые байки — какие угодно, лишь бы выследить и уничтожить намеченную жертву.

Джимми — один из лучших ИСС, а по совместительству — мой босс, наставник и дядя.

Меня зовут Даниэль Блу, и я — потомственная ИСС. В XII веке мой пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра (пожалуй, хватит уже «пра») дедушка впервые в истории убил вампира. С тех самых пор Блу истребляют нечисть.

Жизнь члена семьи Блу как структурная формула — рождение, несчастливое детство (представьте, каково расти в гнезде суперубийц!), мучительно-болезненный подростковый возраст (боль приходит с пониманием того, что мама не председатель родительского комитета, а папа строгает осиновый кол не для того, чтобы поставить палатку), окончание школы, а потом — семейный бизнес. Я влилась в него с небольшим опозданием, потому что мечтала нарушить традицию и заняться чем-то другим. Целый год я грезила о лаврах знаменитой художницы, написала десятки картин, но не продала ни одной. Обнищав, я вернулась к родителям и вывесила белый флаг: забросила кисти и вступила в резервный отряд спецназа ИСС.

Догадываюсь, о чем вы подумали: визитка с надписью «Дани Блу, ИСС» отпугивает парней, как серебро — вампиров. Что ж, вы правы. Но некоторые вещи, например восьмисотлетняя семейная традиция, намного важнее кувыркания в постели. С особой охотой под этим подпишется девушка вроде меня, для которой секс не томные киношные стоны, розовые лепестки и клубника со сливками.

Как насчет бесцеремонности, пердежа и фразочек типа: «Давай, детка! Поработай с моим шлангом»? Увы, я не шучу. Именно так любил меня заводить мой бывший бойфренд. В самый первый раз я и впрямь завелась — после того, как, нахохотавшись, поняла: он хоть и неотесанный, но милашка. Однако романы с неотесанными милашками недолговечны. Наш продлился два года. Вообще, с парнями я сущий тормоз, поэтому всего у меня было три приятеля.

Мой первый роман начался в седьмом классе, где я просидела три года из-за непроходимой тупости в математике, и продлился до девятого. Сколько бы тот козел ни плевал на меня, я искала ему оправдание: вдруг у него повышенное слюноотделение? Не мне, мол, нос задирать, у самой хроническое неусвоение алгебры.

В старших классах у меня был Тодд, обожавший трахать девиц из группы поддержки. Но я раз сто давала ему последний шанс. Я ведь не понаслышке знала, что такое зависимость: в ту пору без «Твинкиз» и «Ореос» просто жить не могла.

Тодда сменил Райан, он же — автор фразочки про шланг.

Сейчас, в двадцать два, я готова отдохнуть от парней, романов и всего, что с ними связано. Пора проверить, чему я научилась за четыре года в отряде резервистов.

Мои лирические рассуждения резко прервали: кто-то толкнул меня в спину и я налетела на девушку с бокалом яблочного мартини.

— Сука! — прошипела она, не дав мне растянуть губы в робкой улыбке.

— Извините! — проговорили сзади заплетающимся голосом, щедро облив пивом мою вываренную джинсовую куртку.