Читаем Романтика. Вампиры полностью

— Что ж, отлично, — промолвил я. — Ты прекрасно разыграла свою партию. Теперь отпусти меня, и я не стану причинять тебе вред.

— Отпустить? Ты, наверное, шутишь. Знаешь, сколько лет я искала настоящего вампира? — жарким шепотом осведомилась она.

— Разумеется, я охотно отвечу на любые твои вопросы, если только ты вначале…

Виктория меня словно и не слышала:

— Годами я путешествовала по всему миру, выступала с лекциями, работала приглашенным преподавателем, но только в вечернее и ночное время. Я знала, что рано или поздно один из вас явится ко мне.

— Как ты вообще могла быть в этом уверена?

— Но ты же явился, верно? Что это было — любопытство? Повод позабавиться? Потешить свое самолюбие?

— Быть может, я намеревался убить тебя — такое тебе в голову не приходило? Ты хотя бы представляешь, на что я способен?

Если миролюбивое поведение не тронуло ее, то, быть может, подействует угроза? Я зарычал, чтобы добавить выразительности своим словам.

— Я не считала, что ты хочешь убить меня. Я сочла, что тебе нужны секс и кровь, а я готова была дать тебе и то и другое.

Судя по лицу Виктории, моя зловещая реплика лишь сильнее возбудила ее.

Солнца еще не было видно, однако я уже ощущал его приближение — жжением, зудевшим глубоко под кожей.

— Пожалуйста, — сказал я, — задерни занавески.

Виктория моргнула:

— Сколько солнечного света понадобится, чтобы убить тебя?

— Немного, черт возьми! — Страх и ярость бушевали во мне с равной силой. Мне стоило немалого труда держать себя в руках. — Что ты собираешься со мной сделать? Чего ты хочешь?

— Знаний.

Я припомнил слова Виктории, сказанные ею чуть раньше, и вдобавок набор мензурок, микроскоп, предметные стекла.

— Ты намерена исследовать меня.

Виктория рассмеялась, и на сей раз в ее смехе прозвучали истерические нотки.

— Много лет я воображала, что же буду делать, если мне и впрямь удастся поймать вампира. Вначале я решила, что пойду по стопам доктора Франкенштейна и проведу вскрытие, чтобы изучить все органы вампира под микроскопом на клеточном уровне.

Лишь усилием воли мне удалось не содрогнуться. Меня вовсе не приводила в восторг перспектива стать препарированным объектом изучения под микроскопом. Быть может, если я смогу сосредоточиться как следует, мне удастся придумать тактику, которая побудит Викторию освободить меня.

— Но потом мне пришло в голову кое-что другое. Лучший способ узнать, что представляет собой вампир, — это самому стать вампиром. Так вот, я хочу, чтобы ты сделал меня вампиром.

Сама мысль о том, чтобы превратить эту прекрасную женщину в чудовище, показалась мне отвратительной.

— Ты не знаешь, о чем просишь.

— О нет, прекрасно знаю! И дело не только в том, что мне хочется изучать вампиров. Я была совершенно серьезна, когда говорила, что жажду знаний — всех знаний. Подумай только, какие возможности откроются передо мной! Когда я стану бессмертной, в моем распоряжении окажется вечность — целая вечность для того, чтобы впитать все знания и мудрость человечества!

Дрожь восторга охватила меня при этих словах. Поистине мы с Викторией — родственные души!

— Я тоже тогда говорил совершенно серьезно, — сказал я. — Я, как ты, стремлюсь к постижению мира. Меня можно назвать вечным студентом.

Виктория шагнула ближе и присела рядом со мной на краю кровати. И глубоко заглянула в мои глаза, словно пытаясь понять, насколько я искренен. Взгляд ее был настолько напряжен и сосредоточен, что, клянусь, будь у меня душа, этот взгляд проник бы в нее.

— Ты ведь не пытаешься мне подыграть, правда? Ты действительно меня понимаешь.

— Нет, я не пытаюсь тебе подыграть. Я и вправду хорошо понимаю твою страсть к познанию.

— Что тебе больше всего нравится изучать? — шепотом спросила Виктория. Глаза ее блестели.

— Науки о Земле, искусство, социологию, медицину… да, в сущности, все. Именно потому я селюсь возле университетов. — Близившийся рассвет уже жег меня изнутри. На горизонте все явственнее алело сияние восхода. — Слушай, может быть, теперь ты задернешь занавески? Пожалуйста.

— Ты обратишь меня? — спросила Виктория.

— Ты потеряешь душу, — проговорил я.

Солнце, свет которого еще недавно был почти безобидным жжением под кожей, теперь уже взялось за меня всерьез.

— Меня это не волнует. К чему мне душа, если я смогу жить вечно?

Кляня Викторию и ее предков, я извивался на кровати в тщетных попытках отползти подальше от окна.

— Ты превратишься в чудовище! Злобную кровожадную тварь без малейшего проблеска разума! Годы понадобятся тебе, чтобы обуздать жажду крови и вернуться к своим ученым исследованиям… Если ты вообще сумеешь уцелеть!

Виктория смотрела на меня бесстрастным взглядом, словно ожидая, когда я расскажу о чем-то настолько ужасном, что она не сможет этого перенести. Настолько сильно она жаждала бессмертия! Я заговорил быстрее, рисуя охоту вампира в самых мрачных и мерзких подробностях, какие только мог измыслить. Однако и это не тронуло ее.

— Как мне до тебя достучаться? — в отчаянии вопросил я. — Что тебе нужно услышать, чтобы ты отказалась от этой мысли?

Виктория вскочила и заметалась возле кровати: