Читаем Рифы Космоса полностью

Внезапно его желудок опорожнился, съеденная пища хлынула из него широким потоком. Это еще больше ослабило его, но успокоило. Отдохнув немного, он стал чистить панцирь от нечистот. Несомненно, Ядовитые Привидения будут мстить за убийство на пляже. Немного мяса привидений попало к нему в желудок, и это отчасти было причиной его плохого состояния. Да,' с самого появления в его городе Ядовитые Привидения п-ричинили ему только горе, они изгнали радость из его жизни. Кринпиты не плачут. У них нет ни слезных желез, чтобы вырабатывать слезы, ни глаз, чтобы испускать их. К счастью, у них нет и чувства жалости и нет социальных табу, чтобы запретить выражать свое горе любым способом.

Через час Шарн-игон очистил панцирь от последних остатков чужой крови. Он проделывал это в полной тишине, лишь изредка раздавался стон или удар клешни о панцирь. Звуки более счастливых времен родились в его мозгу. Он слышал снова Чи-прюитт, маленькую самку, с которой он предавался радости и которая родила маленького кринпита. Это было прекрасное существо...

Как все изменилось теперь! И в этом виноваты Ядовитые Привидения. С тех пор, как они появились и как погибла Чй-прюитт — зря она ела этих пришельцев,— мир Шарн-игона рухнул. И не только из-за Чи-прюитт. Кринпиты, которых он поднял против Ядовитых Привидений — гризи, как называл их Дулла,— понесли жестокую кару. Их деревня была атакована с воздуха, многие кринпиты погибли. А сколько он сумел убить в отместку? Очень мало. Двоих на берегу. Еще 'несколько, которых он и Дулла застали врасплох на удаленной станции... Очень мало... И все планы Дуллы провалились. Деревня кринпитов, которых они пытались склонить к нападению на лагерь Жирных, не сдержала своего обещания. Он и Дулла долго выжидали возможности напасть, но так и не дождались. Пока эти двое не приплыли на резиновой лодке...

От воды послышался звук. Шарн-игон замер. Он старался не дышать, чтобы производить как можно меньше шума. Он прислушался и услышал слабое, еле уловимое эхо, отраженное от воды. Лодка. И в ней Ядовитое Привидение. Еще одно, готовое умереть? Оно приближалось. Шарн-игон выбрался из укрытия, готовясь к нападению, и тут услышал свое имя. А затем имя своего союзника — Ахх-мед! Шарн-игон пополз по песку, готовый приветствовать союзника или убить его. Дулла крикнул:

— Быстрее! Жирные ищут тебя. Нам нужно бежать!

С Шарн-игоном на борту лодка передвигалась очень медленно. Она не могла утонуть, так как в ее ячейках было много воздуха. Они плыли через Широкую Воду, постоянно наблюдая за воздухом, чтобы нападение Верхних Привидений не застало их врасплох. Маленький парус помогал им, но у лодки не было киля, потому, когда ветер усиливался, им приходилось спускать парус и переходить на весла. Шарн-игон чувствовал себя отвратительно. И каждый удар волны причинял ему страдания.

— Если бы не вы, моя жена была бы жива.

— Ты дурак, Шарн-Игон! Она же пыталась убить нас. Не наша вина, что она погибла.

— И моя деревня подверглась нападению. Еще одна деревня была уничтожена полностью. Я очень болен.

— Поговорим о чем-нибудь другом, Шарн-игон. Поговорим о том обещании, которое кринпиты дали нам относительно нападения на Жирных. Они нарушили свое обещание.

—  Во мне говорят мое горе и гнев, Ахмед Дулла.

— Поговорим омоемгоре и гневе. Мы оба пострадали в борьбе против нашего общего врага.

— Пострадали?

— Да, пострадали. Посе того, как ты, по своей неуклюжести, уничтожил мое радио, я не слышу голосов из моего лагеря и не знаю, живы они или нет. Может, они уже погибли!

— Сколько их, Ахмед Дулла?

— Больше десяти.

— А сколько погибло наших? Одних самцов две сотни, а если считать и самок, то двести пятьдесят. А если считать и детенышей...

Они еще не переплыли Широкую Воду, как Шарн-игон понял, что в городе, который он считал средоточием всей трагедии,— тишина. Из города доносилось только эхо. Раньше город издавал звуки — прекрасные звуки. Но теперь Шарн-игон -не слышал ничего! Ничего! Он слышал только эхо своих собственных звуков, отражающихся от знакомых ходмов, лодок, полуразрушенных зданий, пустых панцирей... Город был мертв.

Ядовитое Привидение Дулла что-то говорил, и Шарн-игон с трудом выделил слова:

— Еще одно нападение! Город пуст. Гризи вернулись, чтобы завершить свое дело.

Шарн-игон не мог ничего сказать. Глубокая тишина так придавила его, что даже Ядовитое Привидение удивилось:

— Ты болен? Что случилось?

С огромным усилием Шарн-игон ответил;

— Ты уничтожил мой город и моих друзей!

— Я? Нет! Не я и не люди Народной Республики. У нас нет столько сил, чтобы сделать это. Это гризи!

— От которых ты поклялся защитить нас!—Шарн-игон поднялся на ноги, зависнув, как башня, над Дуллой. Тот вскрикнул. Но кринпит не напал на него, а бросился из лодки. Здесь было мелко. Шарн-игон встал на илистое дно, чтобы его дыхательные отверстия были над водой. Он пошел к 'берегу, взбалтывая воду. Трагедия поразила его. Мертвы! Все мертвы! Улицы пусты, на них валяются только высохшие панцири. Дома пусты. Нет ни самцов, ни самок, ни детей...