Читаем Рифы Космоса полностью

Ио внезапно* выражение лица Дейлхауза изменилось. Он пропел короткую фразу. Ответ пришел каскадом музыкальных трелей. Дейлхауз замер, Анна Димитрова ахнула.

— Три, обратился Дэнни к полковнику.— Чарли сообщает, что на пляже кринпиты едят твоих людей.

— Но кринпиты не едят людей,— заметил полковник.

А Свеггерт крикнул:

— Там никого ист. Периметр надежно охраняется.

Дейлхауз переспросил Чарли я, получив ответ, пожал плечами.

— Так он говорит. Может, он ошибается. Я думаю, он не понимает, что это убийство.

Свеггерт погасил фонарь.

— Нужно доложить полковнику.

— Правильно,— сказал Три.— Дейлхауз сделает это. А вы, сержант, соберите отряд за тридцать секунд. И в полном боевом снаряжении. Пойдем посмотрим, что там случилось.

Через полчаса Мэгги Миннингер во главе отряда в тридцать человек встретила возвращающихся полковника Три, сержанта Свеггерта и его людей. Они несли двоих. Один лежал на носилках, сделанных из двух связанных плащей, второй висел на плече Свеггерта. Оба были мертвы. Когда сержант положил свою ношу на землю, стало ясно, почему мертвого было легко нести: у человека не было обеих ног и части головы. Второе тело было меньше изуродовано, и Миннингер узнала сразу: Тинка.

Пока Свеггерт докладывал, Мэгги стояла неподвижно. Кринпитов поблизости не было. Видимо, они ушли далеко, так как их не было даже слышно. Оба были уже мертвы, когда прибыл отряд, но тела были еще теплыми. У мужчины под одеждой был непромокаемый пакет. Мэгги взяла его и развернула. Из оказавшегося там документа выяснилось, что это индонезиец, на контакт с которым шла Тинка. Кроме того, в пакете, были и очки — не оптические, с плоскими стеклами, детского размера. Как они попали туда? Может, Тинку и индонезийца схватили как шпионов и они бежали? Но как им удалось проделать такой долгий путь до лагеря гризи сюда, где они погибли?

Вернувшись в лагерь, Мэгги получила ответ на один вопрос.

Дейлхауз сообщил, что шаристы видели на берегу остатки резиновой лодки. Мэгги вертела в руках очки, слушая Дэнни и кивая. Она еще не была готова воспринять смерть Тинки как трагедию. Она внимательно изучала очки. Они были не совсем прозрачные.

— Интересно,— произнесла Мэгги,— вероятно, это фото-чувствительные очки.— Она посмотрела сквозь них на угольнобагровое небо Кунга.— Только зачем они нужны па Джеме?

В шести километрах от берега, где Шарн-игон убил Ядовитых Привидений, он остановился и забился в щель под утесом. Ему нужно было спрятаться, чтобы отдохнуть. Зарываться в землю было опасно из-за Нижних Привидений. Но здесь они вряд ли есть: слишком близко от воды. Они не любят, когда вода затопляет их туннели.

Устраиваясь поудобнее, Шарн-игон думал о своем союзнике — Ядовитом Привидении Дулле. Он не ощущал симпатии к- нему, какую испытывал бы к дружественному существу, не считая Дуллу таковым. Дулла был для него всего лишь орудием. После того, как они убили привидения, которые Дулла называл гризи. Причем Дулла бежал быстрее его и убежал дальше, но Шарн-игон не считал это предательством. Если бы он был быстрым, а Дулла медленным, он поступил бы так же. Дулла был полезен как орудие, он двигался быстро и мог заговорить с привидениями, отвлечь их внимание от Шарн-игона, который приближался и убивал. Ядовитые Привидения так легко убивать! Достаточно нескольких ударов. Правда, у некоторых было оружие, и Шарн-игон научился уважать определенные виды оружия. Но у этих двоих на пляже был только маленький пистолет, пули из которого отскакивают от его панциря. Этих двоих он смог бы убить и без помощи Дуллы.

Шарн-игон подвигал панцирем, закапываясь поглубже в свое убежище, и затих. Его органы слуха внимательно следили, не приближается ли опасность с воды или суши, а тело прослушивало вибрацию земли, чтобы не пропустить приближения Привидений снизу. Этих он боялся больше всего. Разумеется, при нормальных обстоятельствах его панцирь служил бы надежной защитой от привидений. По крайней мере, до тех пор, пока он находился на поверхности. Нижние Привидения редко выходили на поверхность, так как здесь они становились глухими и слепыми. Но обстоятельства были ненормальными. Шарн-игон не просто устал, он был болен. Он был готов к тому, чтобы вылезти из панциря и сменить его. Но сейчас не время, ведь рядом не было Чи-прюитт (ее панцирь давно засох), и некому было охранять его во время смены, когда он был совершенно беззащитен.