Читаем Реальная угроза полностью

– Итак, курсант, – заговорил Павлов деловым тоном. – Вам, наверное, известно, что мы не принимаем в летно-навигационную службу зеленых и неопытных юнцов. Такова наша практика со времени основания Корпуса. Однако начальство решило устроить эксперимент и выбрало для этой цели вас – лучшего выпускника летного колледжа Астрополиса, который заслуженно считается ведущим центром подготовки гражданских пилотов на Октавии.

От этих слов я почувствовал себя так, будто с моих плеч свалился тяжелый груз. До самого последнего момента я боялся, что произошло недоразумение, и еще пуще боялся, что мне предложат одну из технических должностей – типа офицера связи или наблюдателя, – представив это как большую честь для меня. Но нет, речь шла о моей основной специальности. Меня берут в Астроэкспедицию – летчиком!

Похоже, мои чувства явственно отразились у меня на лице, потому как Павлов сразу остудил мой пыл:

– Не спешите радоваться, молодой человек, это решение не окончательное. Мне поручено проэкзаменовать вас, а я, к вашему сведению, очень скептически отношусь ко всей этой затее. Да, конечно, Земная Астроэкспедиция сама воспитывает свой летный состав, у нее даже есть собственный колледж, и все это правильно. Но я считаю, что нельзя слепо копировать чужой опыт без учета существующих реалий. Наш скромный бюджет не идет ни в какое сравнение с тем щедрым финансированием, которое выделяется правительством Земли на исследование Дальнего Космоса, Если мы примемся делать из всяких молокососов настоящих летчиков, у нас просто не останется времени ни на что другое. – Павлов сделал паузу и, прищурив один глаз, посмотрел на меня. – Ну что, парень, перестал радоваться?

– Никак нет, сэр, – ответил я. – Не перестал. Я уверен, что выдержу ваш экзамен.

– Уверенность – это хорошо, – сказал капитан, и в его голосе мне послышались одобрительные нотки. – Это уже половина успеха. Только не надейтесь, курсант, что я буду задавать вам вопросы по учебной программе или загадывать задачки. Настоящий экзамен можно устроить только одним-единственным способом. – Он резко встал, и я вскочил вслед за ним. – Пойдемте.

Мы спустились на первый этаж, вышли из здания штаба и направились к стоянке наземных автомобилей. На полпути я увидел спешащую ко мне Элис и, набравшись смелости, обратился к Павлову:

– Сэр, позвольте мне на минуту задержаться.

Он посмотрел в сторону Элис и согласно кивнул:

– Хорошо. Даю вам ровно минуту. Буду ждать в машине.

Капитан двинулся дальше, а Элис, подбежав ко мне, спросила:

– Ну как?

– Похоже, меня берут. В порядке эксперимента. Но сначала я должен сдать экзамен.

– Какой?

– Учебный полет, наверное, что же еще. Не знаю, насколько это затянется, но думаю, что надолго. Возвращайся домой и не отключай связь. Когда освобожусь, я тебе позвоню.

– Ты волнуешься?

– Да, конечно.

– Боишься?

– Нет… Хотя да, боюсь. Но ничего, справлюсь. Пожелай мне удачи.

– Ни пуха ни пера тебе, Сашок.

– К черту! – ответил я. – Ну ладно, мне пора.

Элис встала на цыпочки и поцеловала меня в губы.

– Будь молодцом. Покажи им всем.

– Покажу.

Черный «эридани-бьюик» вырулил со стоянки и притормозил возле нас. Дверца с правой стороны отворилась, приглашая меня занять пассажирское кресло. Сидевший за рулем капитан Павлов подкрепил это приглашение словами:

– Минута истекла, курсант.

– Слушаюсь, сэр! – ответил я и, улыбнувшись Элис на прощание, проскользнул в салон.

Едва я захлопнул за собой дверцу, машина резко рванула с места и помчалась к расположенному в пяти километрах от штаба космодрому.

– Красивая девушка, – сказал капитан. – Твоя подружка?

– Нет, мы просто живем вместе, – ляпнул я совершенно бездумно.

Павлов озадаченно взглянул на меня, но промолчал.

Въехав на территорию космодрома, Павлов направил машину вдоль ряда закрытых ангаров к гордо раскинувшему крылья серебристому фрегату, который стоял в секторе предстартовой подготовки, опираясь всем своим громадным весом на многочисленные шасси. Поодаль виднелись другие корабли – как больших, так и меньших габаритов, но на них я не обращал внимания. Я уже понял, что наша цель – этот красавец-фрегат, и теперь буквально поедал его глазами.

Я еще никогда не летал на кораблях третьего класса, астропарк нашего колледжа состоял из межзвездных судов только пятого класса – катеров и шаттлов. Говоря «летал», я, конечно, подразумеваю «был в летной команде». Десяток раз я участвовал в полетах крупных пассажирских и грузовых лайнеров, но всего лишь в качестве наблюдателя – к их управлению, даже на третьестепенных ролях, нас, курсантов, не допускали.

На фюзеляже фрегата, ближе к носовой части, большими красными буквами было выведено слово «Марианна». В отличие от военных, которые предпочитали грозные названия вроде «Неустрашимый» или «Стремительный», в Астроэкспедиции кораблям, как правило, давали женские имена. Очевидно, у шкипера, отвечавшего за постройку этого судна, дочь или жену звали Марианна.

Павлов остановил машину на безопасном расстоянии от фрегата, и мы вместе вышли из салона.

– Ну что, курсант? – спросил капитан. – Хороша птичка?