Читаем Разочарованные полностью

Ничего не поделать, Лилу придется побыть полдня одной. А Фанни нужно было обязательно найти новую тему для запуска сайта. Ее мутило от одной мысли, что придется вбить в поисковик «Сара Леруа».

– Я думала, ты родилась в Париже, – сказала Лилу, плюхнувшись в кресло в кабинете мачехи.

Фанни не ответила и достала телефон, чтобы вызвать машину.

Лилу заговорила снова:

– Хочешь, я заберу Оскара из школы? Ведь тебе надо собирать чемодан. Могу отвести его покататься на велосипеде в парке Бют-Шомон.

– Мне не надо собирать чемодан, я не буду делать этот репортаж. Если ты рассчитываешь таким образом решить проблему со своей стажировкой, то очень ошибаешься. Даже не думай, что я возьму тебя с собой.

– Куда это? Ты вроде никуда не едешь, – не удержалась от иронии Лилу.

– И как тебе удается быть такой невыносимой?

– У тебя всему научилась, ФК. Так я могу забрать Оскара?

Лилу и Оскар обожали друг друга. Фанни всегда это казалось странным, потому что ее отношения с падчерицей заметно ухудшились именно после рождения Оскара, но Лилу всегда относилась к брату с нежностью. Она заботилась о нем, постоянно придумывала какие-нибудь игры, читала ему книжки – и делала все это с невероятным терпением, которого ей не хватало в других обстоятельствах. И называла его только «мой младший братик», никогда не подчеркивая, что они сводные. Да и Оскар смотрел на свою сестру с таким обожанием, что Фанни иногда становилось страшновато. Впрочем, надо признать: забота об Оскаре – единственное, что она доверяла падчерице. К тому же, находясь со своим братом, Лилу хотя бы не вытворяла глупостей, смысл которых был понятен ей одной.

– Разумеется, можешь, но возвращайтесь не позже шести часов.

– А деньжат на перекус подкинешь?

Фанни порылась в сумочке, достала десять евро и протянула их Лилу.

– Никакой химии, купи банан и несладкие рисовые хлебцы.

– Круто. Нет слов, умеешь ты порадовать детей. Кстати, ты действительно знала ту девочку, которую убили?

– Нет, совсем не знала, – солгала Фанни.

Лилу хотела было еще что-то сказать, но не решилась.

– Ну что еще? – вздохнула Фанни.

– Не знаю… Твоя мама, мне очень жаль. Даже старым людям тяжело терять своих матерей.

Неожиданная печаль в голосе Лилу застала Фанни врасплох. Она покачала головой:

– Спасибо, но это не… Это не так, как было у тебя, когда умерла твоя мама. Я со своей матерью не ладила.

– Правда? А почему ты никогда не говоришь о своей сестре? Я всегда думала, что ты такая грымза, потому что была единственным ребенком в семье.

– Мы с ней тоже не ладим, – ответила Фанни, пропустив оскорбление мимо ушей.

– Со сколькими же ты не ладишь, ФК! А тебе не приходило в голову, что проблема может быть в тебе? Никогда не думала обратиться к психологу?

Фанни глубоко вздохнула, чтобы не дать волю эмоциям.

– Надо понимать, что пытаться понравиться каждому, когда все против тебя, – пустая трата времени.

– Что верно, то верно. А как, кстати, зовут твою сестру?

– Анжелика. Такси будет через две минуты. Ты знаешь, как отсюда выйти, поэтому не провожаю.

Думаю, важно рассказать вам побольше о сводных братьях Сары, Эрике и Бенжамене Шевалье, ключевых фигурах в этой истории. Когда братья Шевалье появились в Бувиле, одному было пятнадцать лет, другому – десять. Они приехали перед самым началом учебного года, Анжелика и Сара перешли тогда в пятый класс. Бенжамен был их ровесником и оказался в параллельном. Эрик поступил в предпоследний класс того же лицея. Все местные подростки, в том числе и я, начиная с пятого класса, ездили учиться в Сен-Мартен, в лицей Виктора Гюго.