Читаем Разочарованные полностью

Фанни вздохнула. В Штаты ей больше не хотелось. Несколько лет назад нелепая административная ошибка стоила им путешествия в Нью-Йорк, которого так ждала Лилу. На паспортном контроле документ Фанни оказался недействительным, и им пришлось тем же самолетом вернуться обратно.

– Как давно ты виделась с Анжеликой? – спросил Эстебан.

– Не помню, давно. Ты же знаешь, мы, в сущности, не общаемся.

– Не верится, мы вместе шесть лет, а я никогда не видел твою родную сестру. Какая она?

Фанни пожала плечами.

– Не похожа на меня.

– Может, самое время возобновить отношения?

– У нас нет ничего общего. Пойди поцелуй Оскара, иногда он ждет, что ты зайдешь к нему перед сном.

– Конечно. Заодно переговорю с Лилу по поводу этой истории с отстранением от занятий. Мне кажется, ее новая подруга… как там ее?

– Ким.

– Точно, Ким. Она плохо влияет на Лилу, в прошлом году моя дочь не вытворяла столько глупостей.

Эстебан вышел из кухни, и Фанни выдохнула – больше не нужно было говорить о сестре. Она взяла последнее суши, но передумала его есть и положила на тарелку Эстебана. Семь суши – это гораздо больше, чем она обычно позволяла себе по вечерам.

Эстебан вернулся на кухню вместе с Лилу, которая была чернее тучи.

– Я и не знал, что ты предложила Лилу стажироваться у тебя. Идея просто супер!

Фанни собиралась возразить, но довольный Эстебан не оставил ей возможности это сделать.

– Мы договорились с Лилу, что, если она не получит хотя бы пятнадцать баллов из двадцати за свой отчет о стажировке или если ты не останешься довольна ее работой, она этим летом не поедет на каникулы с Ким.

– Но это несправедливо! Ты уже согласился на Сен-Жан-де-Люз! Вы не можете разлучить меня с лучшей подругой! – в ярости запротестовала Лилу. – И мы не договаривались, ты навязываешь свое решение, это настоящая диктатура!

Эстебан подлил себе вина.

– Я не желаю, чтобы из-за своей «лучшей подруги» ты забросила учебу, и хочу быть уверен, что к стажировке ты отнесешься серьезно. Еще будешь нас благодарить за это. Ты ведь знаешь, Фанни – великолепный профессионал и занимает важную должность, так что поработать с ней – большая удача для тебя.

Лилу закатила глаза, потом уткнулась в свой телефон. Радость от того, что она нашла место стажировки, не пошевелив и мизинцем, тут же улетучилась из-за внезапно возникшего требования «отнестись серьезно».

– Кстати, о стажировке, – начала было Фанни, – я не сказала, что…

– Раньше я не слышала об этой истории, а оказывается, Сара Леруа – прямо-таки звезда, – перебила ее Лилу, со скучающим видом пролистывая на своем телефоне статьи о Саре.

– Ты слишком молода и не можешь этого помнить, – подключился Эстебан, – а она многие недели не сходила с первых полос газет, это была главная тема года, и, пока не арестовали убийцу, каждый придумывал свою версию того, что случилось с девочкой.

Лилу с заинтересованным видом повернулась к Фанни.

– А у тебя? Какая версия была у тебя, ФК, ты ведь жила там в то время?

Фанни не ответила и налила себе еще вина, чтобы скрыть замешательство. Плевать на калории, она доест суши. Безусловно, тогда у нее были свои версии, она задавалась множеством вопросов. Честно говоря, арест подозреваемого ответов на них не дал. Фанни больше интересовало не то, как умерла Сара, а то, как в этой истории замешана ее младшая сестра Анжелика. В одном Фанни не сомневалась: Анжелика, как всегда, врала. Она знала что-то, о чем не рассказывала никому, даже полиции. И когда перед Фанни встал вопрос, свидетельствовать об этом или нет, она предпочла промолчать. Примерная ученица Фанни солгала – своей матери, полиции, всем. Утаивание информации – маленькая ложь. На вопрос следователя «Вы заметили что-нибудь необычное в поведении вашей сестры, Анжелики Куртен, 3 сентября 2001 года?» она сказала «нет», хотя должна была ответить «да». И они перешли к следующему вопросу. Фанни никогда никому об этом не говорила, даже Анжелике, даже Эстебану. В решающий момент она сделала выбор инстинктивно, сердцем: защитила младшую сестру, хотя из-за ее «нет» могли обвинить невиновного. С тех пор не было ни дня, чтобы она не корила себя за это. Фанни больше не могла смотреть сестре в глаза. С годами она общалась с Анжеликой все реже, а теперь в ее адресной книжке даже не было телефонного номера сестры.

– Так что, – буркнула Лилу, – я еду с ФК в этот ее Бузвиль-сюр-Мер?

Фанни вздохнула. Воодушевление Эстебана по поводу того, что она проведет неделю вместе с Лилу, похороны матери и одержимость начальницы историей с Сарой Леруа вариантов для нее не оставляли.

– Да, но удали группу в «Фейсбуке»[13] и напиши письмо с извинениями, – приказал Эстебан дочери, – или можешь попрощаться с каникулами в гостях у Ким.