Читаем Разбитые острова полностью

В крыше оказался люк, рядом с ним – ржавое ведро, но больше ничего полезного видно не было. Подойдя к люку, Фулкром увидел, что его давно не открывали.

– Лан, поможешь?

– Конечно, а что, он заперт?

– Пока не знаю. Но чтобы открыть его, надо хорошо дернуть, а я шуметь не хочу.

– Посмотрим, что тут можно сделать. – Лан присела рядом с люком и настроилась на силу; потом одним коротким стремительным рывком подняла крышку. Та отворилась почти бесшумно, так что их никто не услышал.

Несколько минут спустя, убедившись, что они действительно не привлекли ничьего внимания, Фулкром просунул в люк голову: внизу было темно, однако, приглядевшись, он сумел разглядеть под собой доски пола.

– Ладно, полезли внутрь, люк оставим открытым.

Они оба спустились в дом Малума – Лан проделала это более грациозно, чем Фулкром, – а люк оставили приоткрытым, чтобы внутрь проникало хотя бы немного света. Чердак, на котором они оказались, был завален какими-то ящиками, удочками, поплавками, старыми рыболовными сетями и картинами – все в пыли. Некоторые половицы явно прогнили, и Фулкром аккуратно пробовал ногой каждую, прежде чем сделать следующий шаг.

– Так, что теперь? – прошептала Лан.

– Будем ждать и слушать.

Они опустились в углу прямо на пол; с того места, где они сидели, видна была дверь.

– Можем пройти внутрь, – предложил Фулкром, – когда захотим услышать побольше; но это потом, а пока предлагаю просто посидеть здесь и посмотреть, кто есть в доме и чем занимается. Все равно без поддержки извне мы можем лишь шпионить за ними, чтобы выяснить, что именно они затевают.

– Вот здорово-то, – с сарказмом прошептала Лан.

– Да, у работы в инквизиции есть и своя скучная сторона – нам часто приходится вот так сидеть, затаившись, и ждать, что произойдет и произойдет ли что-нибудь вообще. Не все сплошное веселье.

– Что ж, придется привыкать, – отозвалась Лан и со вздохом привалилась спиной к стене.

Где-то внизу хлопнула дверь.

Лан и Фулкром вскинулись, у румеля гулко забилось сердце. Снизу донесся голос – властный, уверенный, зазвучали распоряжения.

– Это он, – шепнул Фулкром. – Наверняка.

– Сколько мы уже здесь сидим?

– Понятия не имею. – Фулкром встал, отряхнулся, бросил взгляд на люк. С тех пор как они проникли на чердак, солнце заметно изменило свое положение в небе. – Часа три, по меньшей мере.

– Ты был прав, работенка не из веселых. – Лан подошла к нему, и они вместе двинулись к двери.

Фулкром приложил ухо к дереву.

Малум… большая часть восточных районов… у нас.

Убили десятерых солдат, тела сбросили в канал.

Когда мы начнем?

Больше времени. Больше людей? У нас и так тысячи!

Военные… без охраны.

Императрица? Ее уже несколько недель никто не видел.

Минуту спустя, когда люди в здании отвлеклись и начали над чем-то смеяться, Фулкром оторвался от двери.

– Ну? – спросила его Лан. – Что теперь? Пойдем разберемся с ними, что ли?

– Мы не знаем, сколько их там, внизу, и насколько хорошо они вооружены. Мы же не армия.

– Что с того? Моя сила при мне. Справимся.

Снизу раздался чей-то крик.

Вдруг Фулкром с ужасом увидел, как Лан, которая подпрыгивала рядом с ним на полу, разминаясь, провалилась ногой сквозь половицу. Пытаясь высвободиться, она активировала свою силу, но не рассчитала, и та сработала против нее. Сила подбросила ее в воздух, да так резко, что Лан с размаху ударилась головой в стропило крыши.

Все произошло моментально.

– Черт! – Метнувшись к ней, Фулкром с облегчением увидел, что она дышит, хотя из ее головы, пораненной о ребро стропила, течет кровь.

На лестнице раздались шаги.

Фулкром взглянул сначала на дверь, потом опять на Лан. Приподнял ее, чтобы понять, в сознании ли она и сможет ли снова настроиться на силу.

Шаги были уже под дверью. После недолгой паузы дверь с грохотом упала внутрь. Четверо мужчин с ножами ворвались в комнату, за ними по лестнице поднимались еще двое – у всех был вид отчаянных головорезов.

Фулкром поднял руку, точно желая что-то сказать, но в ту же секунду его сбили с ног и плотно прижали спиной к половицам.

– И какого хрена нам с ними делать? – поинтересовался кто-то.

– Свяжем. Оттащим вниз, к Малуму. Пусть он решает.

Все еще оглушенный, Фулкром почувствовал, как вокруг его запястий затягивается веревка, и вывернул шею, чтобы видеть Лан. Ее тоже связывали. Потом их двоих поволокли к лестнице за ноги; каждый шаг резкой болью отзывался в спине. Наконец их впихнули в ярко освещенную, довольно аккуратную комнату, богато украшенную. Из окна виднелась улица, в комнате стояли несколько столов, стойка с мечами, на полу валялись бутылки.

Фулкром старательно дышал, пытаясь заглушить боль. Главное, не отключаться, удерживать нить разговора…

– Так-так, – раздался сильный басовитый голос, – значит, у нас гости. Еще двое явились, чтобы взять нас под свой контроль, а?