Читаем Раз Кощей, два Кощей полностью

За ее спиной со скучающим видом стояли два здоровенных бородатых мужика, одинаково одетых, вроде как прислуга, только при таких разбойных рожах как у них, все желающие поесть блинов, имея определенную осмотрительность и приобретенную в жизни осторожность, должны были бы скоропостижно терять аппетит и обходить это заведение дальней стороной. Вполне возможно, что и обходят, иначе чего бы это у прилавка только мы с Ферапонтом и стоим?

Я на всякий случай внимательно так мужиков этих оглядел, особо отметив короткие, но увесистые дубинки у них на поясе, внимательно, но ненавязчиво осмотрел пригожую девицу за прилавком и тоскливо уставился на пустые сковороды.

– Что желают новоприбывшие странники? – приветливо улыбнулась девица и тонким пальчиком, с надетым на него перстеньком, подоткнула под поварскую шапку, вылезший было завиток светлых волос.

– Блинков бы поесть, – вздохнул я и снова грустно посмотрел на незаполненные сковороды.

Ферапонт скинул рюкзак, снял картуз, основательно так взгромоздился на стоящую возле прилавка березовую чурку и улыбнулся девице своей особой улыбкой.

– Нам блинов и чаю с молоком.

– С вас рубль – озвучила девица несусветную цену и быстро разлила по сковородкам жидкое тесто. Сковородки дружно зашумели и распространили по округе манящий запах вкусности и радости. Ферапонт, не торгуясь, вынул из кармана блестящий серебряный рубль и катнул его по стойке к девице. Та почти незаметным движением подхватила монету и небрежно бросила куда-то под прилавок, где он издал приятный звон, столкнувшись со своими серебряными собратьями.

– Блины будете с маслом или сметаной?

– И с медом тоже, если можно, и мне молоко, но без чая – быстро уточнил я, усаживаясь на другой березовый чурбан. Рюкзак свой я успел пристроить вместе с Ферапонтовым, но тульское ружьецо прислонил к стойке, чтоб оно было рядом, под рукой. Девица выдала нам по простому влажному рушнику для протирки рук, и пока мы вытирали руки, перед каждым из нас возникла глиняная тарелка с парой горячих блинов, появились блюдца с растопленным сливочным маслом, со сметаной и с медом, деревянные ложки и кружки. У Ферапонта с забеленным горячим чаем, а у меня с прохладным молоком. Мы с Ферапонтом уважительно так поглядели на бойкую девицу и придвинули тарелки к себе поближе. Несколько минут шло тихое молчаливое соревнование между девицей и нами по готовке и поеданию блинов. Девица не делая ни одного лишнего движения, разливала тесто, стремительно переворачивала блины и, сняв их со сковородок, ловко складывала пополам и перебрасывала на наши тарелки. Мы с Ферапонтом подхватывали горячие хрустящие блины, макали их в сметану или масло, а то и в тягучий мед и быстро поедали, успевая при этом хлебнуть из кружек. Но как только был проглочен последний блинный кусочек, на наши тарелки тут же ложился новый горячий блин. Сложилось хрупкое равновесие, но тут я чуть-чуть ускорился, к тому же у меня кончилось молоко, и я со стуком поставил пустую кружку перед девицей. Пришлось ей немного отвлечься от выпечки блинов, чтобы достать из под прилавка кувшин и наполнить из него мою кружку молоком. Кувшин после этого она, предусмотрительно убирать со стойки уже не стала. К тому же дрова в печке стали прогорать и девица, не оборачиваясь, взмахнула левой рукой и повелительно ткнула пальчиком в печку. Перстенек задорно сверкнул на пальчике желтоватым огоньком, а мужики за ее спиной, до этого с интересом глазевшие на наше соревнование, разом сорвались с места. Один быстро начал подносить мелко колотые дрова, а другой, опустившись на колени, принимал дрова и старательно заполнял ими печь. Печка довольно загудела, мужики заняли прежнее положение, а мы с Ферапонтом получили короткую передышку, которой я и решил воспользоваться и кое-что уточнить для себя.

– И как это у тебя так ладно с блинами получается? Я вот, как ни пытался, так и не смог ни разу правильно приготовить блины, не получаются и все тут.

– Что ж тут сложного-то? Разливаешь тесто по сковороде ровненько и никаких сложностей.

Девица перекинула нам на тарелки по блину и наглядно продемонстрировала, как надо разливать тесто. Я свернул блин в трубочку, макнул его в сметану и согласно покивал головой.

– Это все правильно. Только у меня они при этом к сковороде липнут и нипочем не хотят целиком отлипать.

– Так сковороду надо ж смазывать маслом-то.

– Да как же, конечно, смазывал. И подсолнечным маслом, и сливочным и заморским оливковым. И салом пробовал, и топленым жиром, ничего не помогает – прилипают и все.

Девица нахмурилась, ловко перевернула блины и с сомнением посмотрела на мою пустую тарелку.

– Может сковородка у тебя не правильная была или ты ее не чистил перед употреблением?

– Всякие сковородки пробовал, и чугунные, и стальные и со специальным покрытием. И с солью их прокаливал, и луковицей протирал, все одно прилипают.

– Так ты что, все тесто так впустую и изводишь?

Девица перекинула мне на тарелку оба блина, полностью пригнорировав тарелку Ферапонта.

Я с благодарностью улыбнулся и щедро полил блины маслом и медом.