Читаем Рассвет полностью

— Но нам нужны… вы, — Никани говорило настолько тихо, что Джозефу пришлось наклониться вперед прислушиваясь. — Партнеры должны представлять для нас биологический интерес, они должны быть привлекательны для нас, а вы — просто потрясающий экземпляр. Вы — ужас и красота в очень редкостном сочетании. По сути, вы поставили нас в безвыходное положение и нам некуда деваться. Вы не просто сочетание результатов существования вашего тела и его работопродуктивности. Вы еще и своеобразие ваших личностей, вашей культуры. Все это нас тоже чрезвычайно интересует. Вот почему мы спасли из вас стольких, скольких смогли.

Джозеф пожал плечами.

— Мы знаем, как вы спасли нас — одиночные камеры и растения долгого сна, вот какое получилось у вас спасение. А теперь еще все это.

— Все, что мы делали с вами до сих пор, это были самые простейшие подготовительные операции. Они практически не затронули вас, ваши тела остались без изменения. Вы сейчас точно такие же, какими были на Земле — минус болезни и физические недостатки. После того как вы пройдете краткий тренировочный курс, вы сможете вернуться на Землю и устроиться там вполне комфортно.

— Вернутся, должно быть, те, кто переживет этот зал и ваши тренировки.

— Да, только те, кто выживет.

— Вы не должны были поступать так с нами, есть же и другие пути!

— Мы искали другие пути и даже попробовали некоторые из них. Этот путь, по которому мы идем сейчас — самый лучший. Главная максима этого пути — непричинение насилия. Нога любого, кто убьет или тяжело ранит своего товарища, не ступит на поверхность Земли.

— Вы их оставите здесь?

— Да, на всю оставшуюся жизнь.

— Даже… — Джозеф взглянул на Лилит, потом снова повернулся к Никани. — Даже если причиной убийства будет самозащита.

— Лилит — исключение.

— Что?

— Она знает об этом. Мы наделили ее способностями, которыми, по нашему мнению, должен обладать хотя бы один из вас. Таким образом она приобрела отличия от остальных и благодаря этому стала мишенью для изливания эмоций. Запретив ей защищаться, мы тем самым заранее обрекли бы себя на поражение.

— Никани, — твердо окликнула Лилит, и как только оолой повернулось к ней, она сказала на оанкали: — Джозеф тоже должен получить это право.

— Нет.

Спокойный, но непоколебимый отказ. Именно так оно и было, и она ни на секунду не сомневалась, что спорить бесполезно.

— Теперь он оказался в опасном положении из-за того, что находится рядом со мной, — уже безнадежно добавила она. — Он может погибнуть из-за меня.

Она знала, что это бесполезно, но не попытаться не могла.

Никани тоже ответило ей на оанкали:

— И я тоже хочу, чтобы он выжил, и именно по той причине, что он находится рядом с тобой. Но не я принял решение о том, что нога человека-убийцы не ступит на Землю, и не я наделил тебя исключительными правами. Таково было общее решение. Я не могу дать Джозефу право, которого ты для него просишь.

— Тогда дай ему такую же силу, какую дало мне.

— В таком случае у него станет больше шансов убить кого-нибудь.

— И больше шансов выжить. Я говорю о том, что можно наделить его организм большей живучестью, сопротивляемостью к ранам. Надели его тело способностью быстрее заживлять полученные ранения. Дай ему шанс — прошу тебя!

— О чем это ты с ним говоришь? — раздраженно спросил у нее Джозеф. — Говори по-английски, я ничего не понимаю!

Она открыла рот, для того чтобы ответить, но Никани опередило ее:

— Она просит за тебя, Джозеф. Она хочет, чтобы мы дали тебе возможность защищать себя. В самых разных смыслах.

Он повернулся к Лилит, желая найти у нее подтверждение этим словам. Лилит кивнула.

— Я боюсь за тебя. Я хочу, чтобы тебя тоже наделили исключительными правами. Но Никани сказало, что это невозможно. Лично оно не может ничего для тебя сделать. Поэтому я попросила его… — Лилит замолчала, потом взглянула на Никани и снова перевела взгляд на Джозефа. — В общем, я просила его, чтобы оно дало тебе силу, дало шанс.

Джозеф ответил ей хмурым взглядом:

— Лилит, я невысок ростом, но я сильнее, чем кажусь с виду, сильнее, чем ты, может быть, думаешь. Я смогу постоять за себя.

— Я не говорила по-английски потому, что не хотела услышать от тебя то, что ты только что сказал. Ты обманываешь себя, Джозеф. Ни ты, ни кто другой в этом зале не смогут за себя постоять, потому что возможна такая ситуация, в котором даже самый сильный человек окажется беспомощным. Но я думала, что если он даст твоему телу умение и способность выживать, то у тебя может появиться верный шанс.

— Покажи ему свою руку, — приказало Никани.

Она помедлила, страшась того, что после этого Джозеф будет смотреть на нее даже не как на получужака, а как на чужака совершенного — очень вероятно, что так и будет. Но теперь, когда Никани сказало о ее руках, когда к ее рукам было привлечено такое пристальное внимание, она уже не могла больше скрываться. Она подняла свой кулак (совершенно целый и без следов ссадин и синяков) и показала его Джозефу.

Минуту он рассматривал ее руку, потом взял ее другую руку и тоже рассмотрел, словно для того чтобы убедиться, что она не ошиблась.