Читаем Рассвет полностью

И уже через секунду после того как отзвучал этот нечеловеческий, тихий, андрогинный голос, отчетливо произносящий слова на английском, Джозеф вышел из своего угла. Остановившись рядом с Лилит, он принялся рассматривать Никани. Его еще видимо била дрожь. Потом он проговорил что-то по-китайски — Лилит впервые слышала, как Джозеф говорит на этом языке. Вскоре он как-то овладел собой и его дрожь начала униматься. Он оглянулся на нее.

— Ты его знаешь?

— Каалникани оо Йядайяатедиинкахгуяхт ай Динсо, — представила она Никани, гладя на его чувственные руки и думая о том, насколько более по-человечески выглядело оно без них. — Никани, — добавила она, заметив, как Джозеф нахмурился.

— Я не верю, — тихо проговорил он. — Я не верю, даже несмотря на то, что ты сказала мне.

Лилит не знала, что прибавить. Было похоже, что он овладел ситуацией гораздо лучше и быстрее, чем она в свое время. Конечно, перед встречей с оанкали он был предупрежден и перед этим общался с другими людьми, а не сходил с ума, как она, в одиночке. И вот, он держится отлично. Он с готовностью принимал новое и приспосабливался к нему, все как она и надеялась.

Приблизившись к кровати, Никани подтянулось на одной руке и закинуло на нее свое тело, подложило под себя ноги и уселось. Часть его щупалец направленно сосредоточилась на Джозефе.

— Нам можно не торопиться, — проговорило оно. — Сейчас мы немного поговорим. Если вы голодны, я могу предложить вам что-нибудь перекусить.

— Я не голоден, — отозвался Джозеф. — Может быть кто-то другой, но только не я. Может быть остальные наши друзья?

— Они подождут. Им будут полезно немного поволноваться без Лилит, может быть они поймут, что ничего не могут без нее, одни.

— Со мной они тоже немногое могут, — тихо отозвалась Лилит. — Из-за тебя, Никани, они теперь целиком зависят от меня. И может выйти так, что они этого мне не простят.

— Так стань их лидером, и им нечего будет тебе прощать.

Повернувшись к ней, Джозеф посмотрел на нее так, словно слова Никани были тем, что заставило его вдруг забыть о необычности его тела.

— Джо, — воскликнула она, — это не означает лидерство. Это означает превратиться к козла отпущения.

— Ты сможешь облегчить их жизнь, — продолжило Никани. — Ты можешь помочь им принять наконец то, что ожидает их. Но станешь ты их лидером или нет, то, что ожидает их, случится все равно, ты не сможешь предотвратить это. Ты не сможешь предотвратить это, даже если умрешь. Если ты поведешь их за собой, то больше из их числа сумеет выжить. Но если ты не сумеешь этого добиться, то вероятнее всего погибнешь сама.

Глядя на Никани, она вспоминала, как лежала рядом с ним, когда оно было слабым и беспомощным, вспоминала о том, как отламывала еду по кусочку и осторожно кормила его ими, с трудом поглощающего пищу.

Щупальца Никани притянулись к его голове и связались в узлы, оно обхватило себя чувственными руками. Потом оно заговорило с ней на оанкали:

— Тебе нужно выйти к людям, я хочу чтобы ты это сделала! Твой друг прав! Эти люди, за стеной, они уже замышляют против тебя недоброе.

— Я предупреждала тебя об этом, — отозвалась она по-английски. — Я предупреждала, что они могут убить меня.

— Но ты говорила мне, что попытаешься помочь им!

Она облокотилась о платформу стола и свесила голову.

— Я делаю все, что могу — ты же знаешь это.

— Вы умеете клонировать людей? — спросил Джозеф. — Это правда?

— Да.

— Вы берете от нас образцы ткани и выращиваете эмбрионы в искусственных утробах?

— Да, в общих чертах это так.

— И вы способны воссоздать нас по каким-то своим записям, по генетическим картам?

— Мы умеем и это. Мы уже проделывали подобное. Мы проделывали это для того чтобы лучше изучить вашу расу, новый для нас вид. Мы сравнивали процесс искусственного развития зародыша с процессом нормального человеческого зачатия и рождения. Мы собираемся выполнить тщательное сравнение детей, которых мы получили таким образом, с теми, которых забрали с Земли. Мы очень осторожно относимся к новым видам-партнерам, избегая причинять им вред.

— Вот как, значит, у вас обстоят дела, — пробормотал Джозеф с горьким отвращением.

— Мы занимаемся тем, что изменяем жизнь, — мягко ответило Никани. — Мы должны быть уверены, что в результате нашего сотрудничества вы сможете дальше жить нормально, а не погибните через несколько поколений.

— Но это несправедливо! — вспыхнул Джозеф. — Зачем нам нужно все это. Вы умеете создать новое разумное бытие. Несчастное, поскольку своим рождением оно обязано вашему капризу. Так пусть оно станет вашими партнером.