Читаем Расколотые сны полностью

Не успел Сэм притронуться к кнопке звонка, как дверь распахнулась. На пороге стояла Эшли с лицом, залитым слезами. Девушка тряслась как осиновый лист. Сэм шагнул в прихожую, настороженно оглядываясь.

– Здесь есть кто-нибудь, кроме вас?

– Нет, – выдохнула девушка, стараясь прийти в себя. – Посмотрите.

Она схватила его за руку и потянула в ванную. Заметив кровавую надпись на зеркале, Сэм отшатнулся.

– «Ты умрешь», – медленно прочел он вслух. – Вам известен человек, написавший это? Или подозреваете кого-то?

– Нет, – выдавила Эшли. – Это моя квартира. Ключи только у меня. Но я точно знаю, что в мое отсутствие здесь кто-то бывает. Последнее время меня преследуют. Те или тот, кто замышляет убить…

Она снова разразилась слезами.

– Б-больше мне этого не вынести!

Девушка громко всхлипывала, утирая кулачками слезы. Совсем как обиженный ребенок. Сочувственно покачав головой, Сэм обнял Эшли за плечи и погладил по руке.

– Ну, не стоит так переживать. Все обойдется. Мы позаботимся о вашей защите и обязательно разоблачим негодяя.

Эшли глубоко, прерывисто вздохнула.

– Простите. Не стоило так распускаться. Не знаю, что на меня нашло. Должно быть, эта мерзость оказалась последней каплей. Просто умираю от ужаса.

– Давайте поговорим, – предложил Блейк.

Эшли ухитрилась растянуть губы в улыбке.

– Хорошо.

– Как насчет чашечки крепкого чая?

Эшли заварила чай, и они долго сидели в кухне за наспех накрытым столом.

– Когда все это началось, мисс Паттерсон?

– Почти… да, почти полгода назад. Я почувствовала слежку. Сначала было просто ощущение неловкости, словно кто-то сверлит тебе спину взглядом. Потом я поняла, в чем дело. И хотя сознавала, что нахожусь под постоянным контролем, как ни старалась, никого не замечала. Однажды, включив компьютер, я обнаружила, что кто-то нарисовал картинку, словно в фильмах ужасов, – мое изображение и чья-то рука с ножом, который вот-вот вонзится мне в грудь.

– И по-прежнему никаких следов?

– Нет.

– Вы упомянули, что неизвестный и прежде вламывался в вашу квартиру.

– Да. Как-то, придя домой, я обнаружила, что все лампы включены. В другой раз нашла сигаретный окурок на туалетном столике. Сама я не курю. И еще. Кто-то открыл ящик комода и рылся в моем… моем белье. А вот теперь это!

– Возможно, проделки оскорбленного или отвергнутого любовника?

– У меня никого нет.

– Может, неудачная сделка, в результате которой кто-нибудь потерял деньги? По вашей вине?

– Я не заключаю никаких сделок. Я компьютерный дизайнер.

– Вам угрожали?

– До сегодняшнего дня – нет.

Она совсем было решилась рассказать о том, что с ней сделал Тиббл, и о совершенно выпавшем из памяти уик-энде в Чикаго, но передумала. Придется так или иначе упомянуть имя отца. Не стоит его впутывать.

– Я боюсь ночевать здесь одна, – пробормотала Эшли.

– Хорошо. Немедленно звоню в участок и прошу прислать дежурного.

– Нет! Ни за что! Я никому не верю! Не согласились бы вы остаться со мной, всего лишь до утра? А там я что-нибудь придумаю.

– Вряд ли мне стоит…

– Пожалуйста! – вырвалось у Эшли. – Пожалуйста.

Она нервно ломала руки. Сэм посмотрел ей в глаза и невольно поежился. В них плескался откровенный ужас.

– Может, вам стоит погостить у друзей или знакомых? Разве у вас совсем никого нет?

– А что, если именно один из моих друзей хочет от меня избавиться?

– Верно, – кивнул Сэм. – Так и быть, остаюсь. Утром мы дадим вам круглосуточную охрану.

– Спасибо, мистер Блейк, – облегченно пролепетала Эшли.

Сэм ободряюще похлопал девушку по руке:

– И не волнуйтесь, я обещаю, что мы докопаемся, кто за этим стоит. Сейчас я позвоню шерифу Даулингу и объясню, что происходит.

После пятиминутной беседы он повесил трубку и озабоченно заметил:

– Предупрежу жену, чтобы не беспокоилась.

– Разумеется, мистер Блейк.

Сэм снова поднял трубку.

– Алло, дорогая, это я. Меня сегодня не будет дома, так что почему бы тебе не посмотреть теле…

– Не будет? И ты смеешь мне это говорить? Где ты шляешься? Опять по дешевым подзаборным девкам?

Она так вопила, что Эшли было слышно каждое слово.

– Серина…

– Ты меня не одурачишь!

– Серина…

– Конечно, что еще нужно мужикам – хорошенькая давалка, и к тому же с полицейских денег не берут, верно?

– Серина…

– Ну так вот, больше я этого не потерплю!

– Серина…

– Такова благодарность за то, что была тебе хорошей женой и отдала молодость?!

Односторонний разговор продолжался в таком духе еще долго. Сэму так и не удалось утихомирить жену. Положив трубку, он смущенно извинился.

– Простите ее. Она не такая, какой хочет казаться.

– Понимаю, – кивнула Эшли.

– Нет, это в самом деле так. Серина не виновата. Она просто боится.

– Боится? – с любопытством переспросила Эшли.

Сэм неловко промолчал, но, очевидно, тоже почувствовал потребность исповедаться.

– Видите ли, Серина умирает. У нее рак. Правда, одно время ей было получше. Ремиссия продолжалась довольно долго. Все началось лет семь назад. Мы женаты уже пять.

– Значит, вы знали обо всем, когда…

– Да, но это не важно. Я люблю ее.

Он долго молчал, и Эшли не смела ни о чем расспрашивать. Наконец Сэм снова заговорил: