Читаем Путь к звезде полностью

Дойл на бал не пошел, заявив, что «эти высокородные курицы все равно не захотят со мной танцевать, так что я лучше проведу это время с какой-нибудь хорошенькой служаночкой».

Как оказалось, чисто студенческий бал — мероприятие довольно веселое, требований этикета тут оказалось значительно меньше, а свободы — больше. Сильнее всех, похоже, повеселился Рейн: перетанцевал со множеством студенток, отвесив парочке из них комплименты, что заставили их вспыхнуть, поддразнивал меня и Кэла. Кстати, пару седмиц назад Рейн стал куда-то исчезать по вечерам. Не выдержав, я спросила его:

— Чудо синеглазое, ты где все время пропадаешь?

— Ну… — протянул он, хитро глядя на меня, — гуляю, пока молодой! Тут парочка тари ко мне интерес проявила, так я решил: почему бы и не воспользоваться им в своих личных целях?

Намек был весьма и весьма прозрачен. Впрочем, меня волновало не поведение Рейна, а его последствия:

— А не боишься?

— Боюсь? — он взглянул на меня непонимающе.

— Ох, Рейн… Ну сам подумай: эти студентки — аристократки, а значит, вполне подходят тебе по социальному статусу. А если кто-то из них еще и Академию закончит, то отговорка, что ты маг и твоя продолжительность жизни дольше, не сработает! Ну и есть еще один момент… Ты можешь либо сам влюбиться в ту, кто тебя не любит, либо разбить сердце девушке. А я бы не хотела для тебя ни того, ни другого!

Рейн покачал головой, взяв меня за руку:

— Лин, солнце мое… Начну с конца: я не выбираю тех, в кого могу влюбиться, да и мои подружки, скажем так, не испытывают ко мне никаких чувств. Я это очень хорошо чувствую, знаешь ли, — в его голосе зазвучала горечь.

Мне вдруг стало обидно за него, я сжала его пальцы в ответ:

— Знаешь, Рейн, я верю, что однажды ты встретишь ту, что сделает тебя счастливым!

— Я тоже в это верю, — улыбнулся он мне, — но пока я встретил только одну девушку, в которую бы мог влюбиться — тебя. Нет, не смущайся! Знаешь, я недавно понял, что отношусь тебе как к сестре — я всегда мечтал о сестренке. Ты не против?

— Это огромная честь для меня, как я могу быть против? Знаешь, я тоже отношусь к тебе как к брату, — улыбнулась я ему, глядя в ласковые синие глаза.

— Ну а насчет брака… После твоего разговора с моей мамой они точно ничего не будут предпринимать до окончания Академии, а что будет там — неизвестно!

— Ага, то ли конь умрет, то ли король, то ли сам шут помрет, — кивнула я, после чего в ответ на его просьбу пояснить рассказала байку о Ходже Насреддине, заменив персонажей с учетом местного колорита.

— Отличная шутка, мне понравилась, — заявил Рейн, отсмеявшись, — вот именно так и обстоит дело! Так что не беспокойся обо мне, хорошо?

— Ладно, не буду! Но если тебе понадобится совет умудренной женщины… - важно проговорила я, но мою речь прервал задорный смех Рейна.

— Ох, Лин, ты меня сегодня уморишь! Ты главное сама не влюбись!

Именно этот разговор я вспомнила, с улыбкой глядя на Рейна, увивающегося за дамами. Кэл поймал мой взгляд и покачал головой:

— Он шалопай, но друг хороший!

— Не просто хороший — замечательный, — улыбнулась я в ответ, — как и ты.

Я смотрела на моих друзей и думала: рано или поздно мне придется открыться, рассказать все о себе. Простят ли они меня за то, что я так долго лгала им? От одной мысли о том, что они могут с презрением отвернуться от меня, во мне все холодело. Но рассказать им означало подставить под удар и себя и их.

Возвращались с бала мы поздней ночью, все вместе. Вдруг с неба сорвалась звезда, затем еще и еще. Мы остановились, заворожено глядя на невероятное зрелище, а Кэл внезапно обнял меня за талию и шепнул:

— Загадай желание, Лин!

Нужно ли говорить, какое желание я загадала? Особенно когда чувствовала на своей талии руки желанного мужчины, а его дыхание колыхало волоски на моем затылке…

Звездопад закончился, и Кэл отпустил меня, чуть не вырвав из моей груди разочарованный вздох. Мужчины проводили нас до общежития, пожелали нам доброй ночи и ушли. Мы с Сигни поднимались на пятый этаж молча, и вдруг она повернулась ко мне:

— Знаешь, Лин, мне кажется, Кэл в тебя начинает влюбляться. Он иной раз так на тебя смотрит…

— Мне трудно в это поверить, подруга. Я обычная, да еще и полукровка, а он такой замечательный…

— Дурочка ты, Лин! Ты какая угодно, только не обычная, и Кэл это видит. Как и все мы! Поговорила бы ты с ним уже!

— И что я ему скажу? Я люблю тебя всем сердцем, а ты ко мне что-нибудь испытываешь? — с горечью спросила я.

— Все так серьезно? — помрачнела подруга. — Да уж, не позавидуешь тебе. А хочешь, я с ним поговорю?

— Нет!!! — я была в панике, моя реакция напугала меня саму, — не вздумай! Умоляю, Сигни, я не хочу так! И поклянись, что никому ничего не скажешь!

Мы зашли в комнату, я упала на кровать, меня трясло. Сигни села рядом и обняла меня:

— Шшш, Лин, дорогая моя, не надо! Я никому ничего не скажу, клянусь! И знаешь, я верю, что все у вас будет просто замечательно, дай только срок!

— Спасибо, — обняв ее в ответ, прошептала я — горло перехватило, — я так рада, что у меня есть ты!