Читаем Путь к звезде полностью

Ну все, она попала! Одного взгляда на лицо Рейна мне было достаточно!

— Бедная девочка, дожила до таких лет и до сих пор не знает, для чего женщинам нужны мужчины! — его негромкий голос услышали все, и по лицам скользнули усмешки.

— Знаю, — огрызнулась та, — чтобы защищать, заботиться и обеспечивать нам комфорт!

— Забавно, — заметила я, — а зачем мужчинам нужны женщины, которые к ним так относятся?

— Мм, сказал бы я зачем, да только в приличном обществе о таком не говорят, — протянул Рейн, вызвав усмешки на лицах мужской части курса, — хотя ты права, такие как она обходятся чересчур дорого. Можно обойтись вариантом значительно дешевле и без лишнего давления на мозг!

— Так, разболтались! — прикрикнул на нас мастер. — Вы что, решили тоже вылететь из Академии? А ну быстро работать!

Придумал для нас мастер Дарен и, как он сказал, «новую чудную забаву»: каменную, с небольшими выступами стену высотой метров пять обливали водой, давали ей замерзнуть, а мы должны были взобраться наверх и спуститься с другой стороны при помощи всего лишь одного ножа. Срываясь со стены, ты падал в сугроб, в который специально сгребли снег. Ощущения от этого упражнения лучше всего передал Дойл в своем двухминутном монологе после первого падения, в котором он высказал свои предположения о, как сказал Кэл «чересчур теплых отношениях Дойла с мастером, его родней, этой стенкой, а также стенки с мастером Дареном».

В части ближнего боя тоже произошли изменения: мастер Дарен решил, что нам нужны спарринги. Моим партнером стал Кэл, и это было… волнующе: порой во время тренировок мы оказывались настолько тесно друг к другу, что я лишь усилием воли сдерживалась от крамольных мыслей. Иногда мне казалось, что Кэл тоже чувствует ко мне что-то: в его обращенных на меня глазах все чаще светилась теплота, порой он задерживал мою руку в своей чуть дольше, чем это было необходимо… Ложась в кровать, я каждый раз вспоминала его глаза, улыбку, руки и мечтала, мечтала…

Впрочем, одно не изменилось в моем расписании: в выходные я по-прежнему посещала школу, хотя иногда и пропускала седмицу. Порой навещала Фралию и ее дочку, к которой я искренне привязалась и которая всегда шумно радовалась моим визитам. Они переехали через седмицу после Зимних праздников, и у Фралии уже было множество заказов: после визита тари Ларины она мгновенно стала самой модной портнихой в городе. И все же она пообещала мне, что заказы мои и Сигни всегда будут для нее первоочередными.

Приближалась весна, а с ней — Весенний бал. Предупредил меня о нем Рейн в своей неподражаемой манере:

— Лин, солнце жизни моей, имей в виду: через три седмицы будет Весенний бал, и ты идешь на него со мной, что бы ни случилось!

— А почему она должна идти с тобой? — вмешался Кэл, — Лин, я предлагаю тебе себя…

— О, Лин, бери! Редкостный товар! — тут же вмешался Рейн.

— … в качестве спутника на Весеннем балу. Все же такая очаровательная девушка должна идти на бал с мужчиной, что воюет не языком, а мечом, — окончил Кэл и посмотрел на Рейна с таким выражением, что я с трудом удержала смех.

— Наглец, ты оскорбил меня, — надев маску надменного аристократа, произнес Рейн, — я вызываю тебя на дуэль! Выбирай оружие!

— Я готов победить тебя на любом оружии, — не менее надменно произнес Кэл.

Я растерянно посмотрела на них:

— Вы что, серьезно? Из-за меня поругались? Да я тогда вообще на бал не пойду!

Они переглянулись и дружно рассмеялись:

— Лин, что ты, это шутка была, — тепло сказал Рейн, легонько протянув меня за косу, и продолжил заговорщически, — хотя я и вправду хотел вызвать его на дуэль… по поеданию селедки!

Кэл скривился, он терпеть не мог селедку, а я облегченно вздохнула.

Для весеннего бала я выбрала кремовый шелк и очень простой фасон: плотный лиф с умеренным декольте, украшенный кружевом такого же цвета, широкие кружевные бретели сделаны так, что располагаются чуть ниже линии плеча, летящий шелк юбки поверх более плотной нижней. Впрочем, судя по тому, как вспыхнули глаза Кэла, пришедшего за мной (после долгих препирательств Рейн все-таки уступил ему место моего кавалера, выторговав себе половину моих танцев), простота фасона не умалила его достоинств. С прической решила не заморачиваться, сделав высокий пучок, оплетенный косой. Кэл сменил излюбленный черный на цвет темного шоколада, и выглядел как настоящее пиршество для моих голодных глаз: темный камзол строгого покроя, украшенный лишь серебряной вышивкой у ворота и обшлагов, подчеркивал его красоту и стать.

Сигни выбрала для бала нежно-розовое платье с вышивкой, низким декольте и широкой юбкой, высоко подобрав завитые локоны. Лан смотрел на нее, едва не облизываясь, в его взгляде светилось откровенное восхищение и желание. Впрочем, на мою подругу с такими чувствами смотрели многие: все-таки она была редкой красавицей, особенно по местным меркам. Я ей не завидовала: для счастья мне было достаточно мягкого сияния зеленых глаз любимого. Кэл был внимателен и заботлив, и отпускал меня от себя только потанцевать с Рейном, а я наслаждалась каждой минутой этого вечера.