На следующий день Его Величество пригласил Бэкингема на обед. У королевы аппетита не было – она с ужасом ждала появления договора. Но обед прошел спокойно.

– Почему вы ничего не сказали королю? – спросила она у герцога.

– О, я передумал, – улыбнулся Бэкингем. – Гораздо полезнее будет держать вас в руках с помощью этой бумаги. И если вы не наделаете глупостей, то можете меня не бояться.

Королева еле сдержала возглас ликования. Эти десять дней она как-нибудь продержится, а потом…

Десять дней спустя Джон прибыл в Лондон и сразу же дал знать брату о своем приезде. Выслушав Патрика, Бэкингем, не веря своим ушам, воскликнул:

– Я ничего не писал ему, это западня! – и бросился в гостиницу «Герб Англии», где остановился барон.

Разумеется, Джона он не застал, зато обнаружил письмо:

«Милорд, если вы сейчас находитесь в растерянности, но по-прежнему хотите увидеться с братом, я охотно вам в этом помогу в обмен на известные вам бумаги. Генриетта».

Герцог сразу же поехал в Уайт-Холл.

– Что все это значит? – воскликнул он, протянув королеве ее записку.

– Вы отдали мне не тот документ, – жестко проговорила Генриетта. – Я тоже умею шутить, как видите.

– Где Джон?

– Вы не увидите его, пока не отдадите мне договор. Если же вы этого не сделаете, ваш брат окажется там, где и должен быть, – в Тауэре.

Где гарантии, что вы вернете ему свободу?

Я не торгуюсь с вами, герцог, бумагу! И быстрей, иначе я передумаю.

– Герцог вручил ей договор.

– Где мой брат? – яростно проговорил он.

– Поезжайте в «Герб Англии», он будет там.

– Если вы меня обманете…

– Тогда попробуйте раздобыть еще несколько подобных документов. Впрочем, это будет ошибкой. Уходите!

Несмотря на все сомнения, Бэкингем действительно увиделся с братом в гостинице. Как оказалось, никто не совершал над Джоном никакого насилия. Он прибыл в Лондон, узнав от посланца банкира Бурдоне, что Бэкингем просит его приехать. Отправив к герцогу Патрика с известием о своем приезде, Джон принялся ждать. А через некоторое время появился слуга, который сообщил барону, что герцог Бэкингемский ожидает его в трактире «Пегас». Джон поехал туда, и поскольку свидание не состоялось, вернулся в гостиницу.

– В любом случае, тебе нужно покинуть Англию, – задумчиво проговорил Бэкингем. – В Голландию ты не вернешься, а поедешь в Бельгию. Проклятие! Ума не приложу, как королева могла узнать о существовании месье Бурдоне…

Итак, Джон срочно выехал в Дувр, даже не подозревая, что еще в «Пегасе» его заметил дворецкий Соммерсета, весьма расторопный малый. Отправив уличного мальчишку с запиской к Роберту Карру, он проследил за бароном. В итоге Джон был арестован и препровожден в Тауэр.

Узнав об аресте брата, Бэкингем помчался к королеве. Ворвавшись в спальню к Генриетте, он грубо схватил ее.

– Что вам сделал барон? – спросил герцог, скрежеща зубами от ярости. – Он что, должен умереть только потому, что вы ненавидите меня? Неужели не нашлось возможности досадить мне иначе?

– Или объясните мне, что случилось, или убирайтесь отсюда! – возмутилась королева, вырываясь. – Я не имею ни малейшего представления, о чем вы говорите.

– Вы затеяли эту аферу, чтобы вернуть компрометирующие вас документы, а потом послали гвардейцев арестовать Джона!

– Каких гвардейцев? – перебила его Генриетта. – Вы хотите сказать, что мои гвардейцы участвовали в задержании барона Стоукского? Да отпустите же меня, вы, сумасшедший!

– Этого я не знаю, – после продолжительной паузы ответил Бэкингем, – но не все ли равно…

Он запнулся, сообразив, что королева не могла отдать такой приказ королевским гвардейцам.

– Уходите, – произнесла Генриетта, заметив его колебание. – Вы сделали и сказали достаточно для одного вечера…

– Соммерсет, – прошептал Бэкингем. – Значит, это он…

Герцог был храбрым человеком, но ему стало страшно. Он боялся не за себя, а за брата, понимая, что бессилен. Потом перевел взгляд на бледную от ярости королеву, заметил кровоподтеки на ее плечах, оставленные им.

– Прошу прощения, Ваше Величество, – сказал Вилльерс, – я забылся.

И вышел.

– Значит, барон арестован, – усмехнулась Генриетта. – Это конец для Бэкингема. Все складывается великолепно. И главное, я здесь совершенно ни при чем.

Она легла в постель и уснула младенческим сном.

Глава 20. Насмешка судьбы

Утром Бэкингем поспешил к королю, но Соммерсет его опередил. Он поприветствовал герцога такой довольной ухмылкой, что тот едва сдержался, чтобы не броситься с кулаками на своего злейшего врага. Чарльз, напротив, прятал глаза.

– Продолжайте, граф, – обратился король к Карру.

Слушаюсь, Ваше Величество. Поскольку преступник своим побегом показал презрение к законам Англии и вел себя вызывающе на допросе…

– Вы проводили допрос без приказа Его Величества? – перебил Бэкингем.

– Барон сам поставил себя вне закона, он не имеет права на снисхождение. К тому же у меня есть доказательства ваших контактов с преступником. Вы будете это отрицать?

– Никоим образом. Совершив побег, барон Стоукский через некоторое время связался со мной.

– Так вы признаетесь?