Читаем Проводник полностью

— Да, понимаю, Олег Николаевич. А я уж на самом деле подумал, что в маму Виктора вселился демон, — я решил подыграть пожилому материалисту. Все равно никаких доказательств моей теории у меня не было. Вместо того, чтобы спорить, я задал следующий вопрос:

— Вы упомянули, что благодаря маме Виктора начали увлекаться археологией. Вам случайно не представился шанс исследовать тело, которое вызвало такую реакцию в её организме? Чтобы окончательно убедится в теории воздействии неких химических соединений на организм человека?

— Обычно после идентификации тела старались передавать родственникам или знакомым для погребения. Останки, при которых находили документы, быстро забирали, списки с именами печатались в газетах. Очень часто бывало, что при солдате не было ни опознавательных знаков, ни документов, поэтому такие тела забирали волонтеры, чтобы снова предать их земле. Некоторые тела никто не забирал, их хоронили вместе и ставили памятник неизвестному солдату.

— Так вы даже не пытались найти и исследовать эти останки? — переспросил я

— Игорь, я учёный, но не забывайте, что все мы люди. Тело я не искал, потому что повторное вскрытие и перезахоронение — это стресс для семьи. Тем более, я точно не знал, какое именно тело вызвало эту реакцию. Я ведь говорил, что о возможных причинах заболевания догадался только спустя годы в Африке. Но сами понимаете, сколько я бы потратил времени и сил, чтобы найти нужный мне труп, который, скорее всего, за эти годы уже разложился в земле. Да и в то время у меня были другие дела, работа. Если есть время и желание, у нас имеется электронный архив, в котором всё задокументировано. Вы можете попробовать найти сведения про тела и места их захоронения. Архив только для сотрудников, но для вас я сделаю исключение.

— Спасибо, Олег Николаевич, буду вам очень признателен.

— Я так понимаю, Игорь, всё это вы делаете неспроста. Мне кажется, вы что-то не договариваете. Скажите, что вы нашли… — Олег Николаевич не успел закончить фразу, в его кармане зазвонил телефон.

Разговаривал он недолго, но лицо его становилось все мрачнее. Положив трубку, доктор сказал:

— Игорь, извините, мне надо срочно уйти. У вас есть мой номер телефона, вот кстати и мои личные координаты, — он быстро записал что-то на листке бумаги и, аккуратно сложив, протянул его мне. — Позвоните мне на днях. Вы интересный молодой человек. Хочу послушать историю про вашу учёбу с Виктором. А ваш интерес к сверхъестественному хоть и забавляет меня, но отрицать тот факт, что науке до сих пор известно далеко не всё, тоже не стоит. Есть многое на свете, друг Горацио…. Может, вы в чем-то и переубедите старика, — после этих слов он быстро набрал несколько цифр на рабочем телефоне. — Дима, это Олег Николаевич. Зайди, пожалуйста, проводи моего гостя в архив и дай доступ к компьютеру, — доктор протянул мне руку.

— Спасибо, Олег Николаевич. Я вам обязательно позвоню. И вы правы, нельзя отрицать то, что до конца не изучено, — он улыбнулся мне в ответ, провожая к выходу.

В коридоре меня ждал тот же самый охранник. Он вежливо предложил следовать за ним. Спустившись на лифте на первый этаж, мы прошли в большой светлый зал, напоминавший библиотеку. Подойдя к одному из компьютеров, охранник набрал на клавиатуре код доступа.

— Пользуйтесь. Если будут какие-то вопросы, можете обращаться, я Дима, — сказал он, не без важности указывая на бейдж.

Я вбил в поиск фамилию мамы Виктора и дату, которую запомнил из дневника. День, когда ей стало плохо на работе. Результаты стал переписывать в блокнот. Меньше чем через час у меня были записи со всеми интересующими меня данными.

Я был абсолютно уверен — что-то тёмное внутри этого тела вызвало недуг мамы Виктора. Конечно, Олег Николаевич рассказал мне очень занимательную историю про африканских шаманов и порошок. Но я-то знал многое, что ему не было известно, и был уверен, что африканские шаманы тут точно ни при чём. Мне обязательно нужно узнать, что случилось с этим телом дальше, и не происходило ли ничего странного с людьми, которые его забрали (если таковые были). Это будет хороший материал для моей будущей книги. А если я найду какие-то доказательство, что есть пострадавшие и кроме матери Виктора… Кто знает, возможно я смогу переломить стереотипы Олега Николаевича и убедить его исследовать аспекты, не связанные с традиционной наукой.

19

Имён в списке было немало, я решил вернуться домой и продумать, с кем контактировать в первую очередь.