Читаем Против течения. Избранное полностью

Так закатное солнце нежданно прольётнабегающий свет на тяжёлые тучи,так нечаянный проблеск иль зайчик летучийоживят невесёлое наше жильё. —В этих ясных глазах и в сиянии лбаего м н о г и е думы проходят, не тая,и стоит налегке – и живёт золотая,дорогая, согласная с жизнью судьба.И – не лгавшие – святостью светят уста,и тончайшая кожа прозрачна до дрожи,и невинна душа, – и подобием Божьимнепорочная дышит его красота.

1987

Дева

Сидела, думала, курила,молчала, простыни стелила,рука привычная блудила,блуждала пустошью мечта, —а дьявол был красив и весел,желанной тенью встав у кресел,и жажда мучила, и чреселизнемогала нагота…

1982

Муж

В клетке моей, в позлащённой неволепой, как умеешь, а я подсвищу;вызов мне бросишь, воли попросишь, —крылья подрежу – и отпущу.Певчей ли птице – и в поле сокольемпеть, в ястребином гнездиться бору?Кроме неволи – нет тебе воли,муки нет слаще и сладостней боли, —петь, ненавидя, и ждать,как умру…

1987

ВАСИЛЬЕВСКИЙ ОСТРОВ

Начало

…Твой непривычно тихий дом.И два окна в дому твоём.Глухая смежная стена.В постели снежной спит страна,а в изголовье, у окнав Европу, мы сидим вдвоём,вино беспошлинное пьёмв приморской ветреной ночи, —две странных тени у свечи(у колеблемой свечи) —великаны-лилипуты:«Ты меня с другой не путай!Страшен час восьмой под утро,час, когда над Петербургомлегкокрылая заряснег и наледь январяосыпает алой пудрой.Страшно в час восьмой проснутьсяи к чужому повернуться, —ты меня с другой не путай…»…И прелесть жалкую её ночных улыбок,и жалость слов о расставанье скором(как сердце медленно! как на закате зыбокоставленный Петром и Павлом город!)запомнил я, а позабыть не смог, —и за полночь их видел, слышал за полдень…Безумной женщины безумное письмо.Седьмая заповедь.

Из январского дневника

I
Он осознал, что молодость – была.С вокзала шёл и безучастным взглядомследил окрест, а над Петровым градомнебес чухонских тягостная мгла,грозя грозой, сгущала воздух синий, —мостом, проспектом, перспективой линийво глубине василеостровско йон, мёртвый, шёл с надеждой и тоскойпо Воскресенью; и она ждалаего в том доме, где теперь жилаодна, без мужа; где его любили(так странно, так растерянно любили —в борьбе с собой) и не желали зла.
II
«…Мой тёмный демон, мой любимый, мойвозлюбленный! Твой голос дивен,как плеск воды за окнами, как ливеньс небес продрогших – позднею зимой.Как сладко жить в плену твоём! Но властьтвоя страшна. Оставь меня, не мучай.Я погибаю. Я стою над кручей.Возлюбленный мой, прикажи упасть…»

«…И холодна твоя рука…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее