Читаем Против ересей полностью

3. Еще о крещении Его Матфей говорит: открылись небеса и Он увидел Духа Божия, Который как голубь, сходил на Него. И вот глас с неба, глаголющий: сей есть Сын Мой возлюбленный, в котором Мое благоволение (Mф. 3, 16). Не Христос сходил тогда на Иисуса, — и не другой есть Христос, а другой Иисус; но Слово Божие, Спаситель всех, Владыка неба и земли, Который есть Иисус, как я прежде показал [1], принявший плоть и помазанный от Отца Духом, стал Иисус Христос, как говорит и Исаия: произойдет ветвь от корня Иессеева, и цвет взойдет от его корня, и почиет на Нем Дух Божий, Дух премудрости, и разума, Дух совета и силы, Дух знания и благочестия и наполнят Его Дух страха Божия. Он будет судить не по славе, и обличать не по речи, но Он даст суд правый смиренному (человеку) и обличит славных земли (Ис. 11, 1 и пр.). И еще Исаия, прорекая о помазании Его и для чего Он был помазан, говорит: Дух Божий на Мне, потому что Он помазал Меня: Он послал Меня благовествовать смиренным [2], исцелить сокрушенных сердцем, проповедовать пленным отпущение и слепым прозрение, возвестить благоприятный год Господний и день воздаяния, и утешить всех скорбящих» (Ис. 61, 1 и пр.). Ибо, потому, что Слово Божие было человек от корня Иессеева и сын Авраама, потому и почил на Нем Дух Божий, и Он был помазан для благовествования смиренным. Поелику же Он был Бог, то судил не по славе и обличал не по речи; ибо Ему не нужно было, чтобы кто свидетельствовал Ему о человеке, когда Сам Он знал, что было в человеке (Ин. 2, 25). Он призывал всех скорбящих и, даруя отпущение тем, которые грехами были приведены в плен, разрешал их от уз, о которых говорит Соломон: каждый связывается путами своих грехов (Притч. 5, 22). Итак Дух Божий сошел на Него, — (Дух) Того, Который чрез пророков обещал помазать Его, чтобы мы получая от обилия Его помазания спаслись. Таково свидетельство Матфея.


[1] См. выше Глава VI.

[2] У 70 толковников читается: нищим; а другие (Акила, Феодотион и Симмон) переводят также: «смиренным; то же и в послании Варнавы Глава XIV.

Глава X

Продолжение доказательств из Евангелий Марка и Луки.

1. Лука, последователь и ученик Апостолов, повествуя о Захарии и Елисавете, от которых, по обетованию Божию, родился Иоанн, так говорит: оба они были праведны пред Богом, поступая по всем заповедям и уставам Господним беспорочно (Лк. 1, 6). И еще о Захарии: однажды, когда он в порядке своей чреды исполнял священническое служение пред Богом, по обычаю священства, досталось ему по жребию возжечь фимиам, и пришел он священнодействовать [1], войдя в храм Господень (Лк. 1, 8 и пр.). Предстоятель пред лицом Господа просто, решительно и твердо исповедует от себя Богом и Господом Того, Кто избрал Иерусалим и уставил закон священства, Коего слуга и ангел Гавриил. Ибо он не знал выше Его другого Бога, потому что если бы имел понятие о некоем совершеннейшем Боге и Господе, кроме Его, то он не исповедал бы, как я уже показал, того, кого почитал плодом несовершенства, безусловно и всецело Богом и Господом. И об Иоанне он так говорит: он будет велик пред Господом, и многих из сынов Израилевых обратит к Господу Богу их, и он предъидет пред Ним в духе и силе Илии, дабы приготовить Господу народ совершенный (Лк. 1, 15). Кому он приготовил народ и пред каким Господом он был велик? Конечно пред Тем, Который сказал, что Иоанн имел нечто больше, чем пророк, и нет никого в рожденных женами больше Иоанна Крестителя (Mф. 40, 9, 11): он приготовил народ к пришествию Господа, предуведомляя сорабов своих и проповедуя им покаяние, чтобы они получили отпущение от пришедшего Господа, обратившись к Тому, от Кого они отчуждились по причине своих грехов и преступлений, как и Давид говорит: грешники отчуждались от утробы, уклонились от чрева (Пс. 57, 4). И потому он обращал их к Господу их и приготовлял Господу в духе и силе Илии народ совершенный.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Exemplar
Exemplar

Генрих Сузо (1295/1297—1366) — воспитанник, последователь, апологет, но отчасти и критик своего учителя Майстера Экхарта (произведения которого уже вышли в серии «Литературные памятники»), суровый аскет, пламенный экстатик, проповедник и духовник женских монастырей, приобретший широкую известность у отечественного читателя как один из главных персонажей знаменитой книги И. Хёйзинги «Осень Средневековья», входит, наряду со своим кёльнским наставником Экхартом и другом Иоанном Таулером (сочинения которого еще ждут своего академического представления российской аудитории), в тройку великих мистиков позднесредневековой Германии и родоначальников ее философии. Неоплатоновская теология Экхарта в редакции Г. Сузо вплотную приблизилась к богословию византийских паламитов XIV в. и составила его западноевропейский аналог. Вот почему творчество констанцского харизматика несомненно окажется востребованным отечественной религиозной мыслью, воспитанной на трудах В. Лосского и прот. И. Мейендорфа, а его искания в контексте поиска современных форм духовной жизни, не причастных церковному официозу и альтернативных ему, будут восприняты как свежие и актуальные.Творения Г. Сузо не могут оставить равнодушными и в другом отношении. Прежде всего это автобиография нашего героя — «Vita», первая в немецкой литературе, представляющая собой подлинную энциклопедию жизни средневековой Германии: кровавая, откровенно изуверская аскеза, радикальные способы «подражания Христу» (умерщвление плоти, самобичевание) и экстатические созерцания; простонародные обычаи, празднества, чумные эпидемии, поклонение мощам и вера в чудеса, принимающие форму массового ажиотажа; предметная культура того времени и сцены повседневного быта социальных сословий — вся эта исполненная страстей и интеллектуальных борений картина открывается российскому читателю во всей ее многоплановости и противоречивости. Здесь и история монастырской жизни, и захватывающие катехизаторские путешествия Служителя — литературного образа Г. Сузо, — попадающего в руки разбойников либо в гущу разъяренной, скорой на расправу толпы, тонущего в бурных водах Рейна, оклеветанного ближайшими духовными чадами и преследуемого феодалами, поклявшимися предать его смертельной расправе.Издание включает в себя все немецкоязычные сочинения Г. Сузо — как вошедшие, так и не вошедшие в подготовленный им авторский сборник — «Exemplar». К первой группе относятся автобиография «Vita», «Книжица Вечной Премудрости», написанная в традициях духовного диалога, «Книжица Истины» — сумма и апология экхартовского богословия, и «Книжица писем» — своего рода эпистолярный компендиум. Вторую группу составляют «Большая книга писем», адресованных разным лицам и впоследствии собранных духовной дочерью Г. Сузо доминиканкой Э. Штагель, четыре проповеди, авторство двух из которых считается окончательно не установленным, а также медитативный трактат Псевдо-Сузо «Книжица Любви». Единственное латинское произведение констанцского мистика, «Часослов Премудрости», представлено рядом параллельных мест (всего более 120) к «Книжице Вечной Премудрости» — краткой редакции этого часослова, включенной в «Exemplar». Перевод сопровожден развернутыми примечаниями и двумя статьями, посвященными как творчеству Г. Сузо в целом, так и его «Часослову Премудрости» в частности.

Генрих Сузо

Религия, религиозная литература
Афонские рассказы
Афонские рассказы

«Вообще-то к жизни трудно привыкнуть. Можно привыкнуть к порядку и беспорядку, к счастью и страданию, к монашеству и браку, ко множеству вещей и их отсутствию, к плохим и хорошим людям, к роскоши и простоте, к праведности и нечестивости, к молитве и празднословию, к добру и ко злу. Короче говоря, человек такое существо, что привыкает буквально ко всему, кроме самой жизни».В непринужденной манере, лишенной елея и поучений, Сергей Сенькин, не понаслышке знающий, чем живут монахи и подвижники, рассказывает о «своем» Афоне. Об этой уникальной «монашеской республике», некоем сообществе святых и праведников, нерадивых монахов, паломников, рабочих, праздношатающихся верхоглядов и ищущих истину, добровольных нищих и даже воров и преступников, которое открывается с неожиданной стороны и оставляет по прочтении светлое чувство сопричастности древней и глубокой монашеской традиции.Наполненная любовью и тонким знанием быта святогорцев, книга будет интересна и воцерковленному читателю, и только начинающему интересоваться православием неофиту.

Станислав Леонидович Сенькин

Проза / Религия, религиозная литература / Проза прочее