Читаем Промельк Беллы полностью

Я и потом переводила Тонино Гуэрра – на язык, ведомый мне, – поэта Тонино Гуэрра.

Фильмы же – слово: “сценарий” – не подходит, слово: “поэмы” – тоже не льнет к бумаге. Фильмы эти в моих переводах не нуждаются.

Белла Ахмадулина

Дружба с Тонино и Лорой украшала нашу жизнь все эти годы. Мы не раз гостили у них в Италии, были там на праздновании восьмидесятилетия Тонино. Белла переводила его стихи, написала к ним предисловие. Тонино привозил в Москву свои работы, и мне довелось помогать в организации выставки этого замечательного художника-поэта.

В один из приездов Тонино и Лоры в Москву мы с Беллой пришли к ним в гости 21 декабря 1978 года и провели вечер вместе. Тонино был оживлен и рассказывал свои удивительные истории: как-то раз он оказался на Сицилии вместе с Микеланджело Антониони. Они обедали в маленькой, совершенно пустой таверне, пили вино и разговаривали о местных нравах. Микеланджело сказал Тонино:

– По-моему, все слухи о мафии сильно преувеличены. Никакой мафии на самом деле нет, а если она даже существует, то это касается только финансовых сфер.

На следующее утро совершенно бледный Микеланджело показал Тонино анонимную записку, которую он обнаружил у себя на подушке: “Никогда не говорите о том, чего Вы не знаете!”

Перепуганные кинематографисты поспешили ретироваться из гостиницы.

Через день мы снова были у них в доме, и мне запомнилась замечательная история, рассказанная Тонино, о том, как великий художник Моранди торжественно хоронил свои кисточки, которые истончились и потеряли необходимые для работы качества. У Моранди была комната, заставленная его любимыми пустыми бутылками различной формы, покрытыми пылью, и он никому не разрешал их вытирать. Тогда же Моранди подарил Тонино свою картину (стоимость ее в дальнейшем неизмеримо возросла), которую в то время ему пришлось продать за гроши, чтобы поехать в Рим.

Близилось 31 декабря, и, чтобы встретить вместе Новый год, я заказал столик в ресторане Дома кинематографистов. Мы пригласили Тонино и Лору. За нашим столом сидели Савва Кулиш с Варей Арбузовой, поэт Леонид Завальнюк с Наташей и Евгений Евтушенко с женой англичанкой Джан.

1 января мы продолжили наше общение в Переделкине, где показали Тонино дом Б. Л. Пастернака и познакомили со Станиславом Нейгаузом и его прелестной подругой пианисткой Бриджит Инжерер. Они жили постоянно в этом доме. Сам дом и аскетическая обстановка произвели на Тонино сильное впечатление. Мы двинулись на дачу к Савве Кулишу, потом к Андрею Вознесенскому и Зое Богуславской, куда чуть позже пришел Василий Аксенов. Вознесенский показывал литографии Роберта Раушенберга со своими стихами и огромный альбом рисунков Алекса Либермана.

Нам с Беллой хотелось перезнакомить Тонино с нашими поэтами и писателями. Вечером следующего дня той же компанией побывали в доме известного коллекционера Израиля Кона, который собирал русский авангард, включая Малевича и Кандинского. Женой Кона была итальянка, которая тоже помогала переводить общий разговор.

Первая подборка стихотворений Тонино Гуэрра в переводах Беллы и с ее предисловием была опубликована в “Литературной газете” 15 ноября 1978 года. 9 января 1979 года Белла встречалась с Тонино в редакции “Иностранной литературы” в связи с предложением журнала напечатать стихи Тонино в ее переводе в большем объеме.

На встречу Старого Нового года в Центральном доме литераторов мы пригласили Тонино Гуэрра с Лорой и Андрея Тарковского. За нашим столом были Андрей Битов, Бруно Понтекорво с женой, доктор Александр Коновалов с Инной и мой друг Илья Былинкин.

Через неделю мы с Беллой устроили прием наших друзей в моей мастерской. Конечно, среди гостей были наши любимые Окуджава, Аксенов с Майей и Битов, кроме них пришли Виктор Ерофеев, Евгений Попов, Тарковский с женой Ларисой и Отар Иоселиани, Аркадий Мигдал с Таней и Веня Березницкий с Юлей.

На этот раз я пригласил в нашу компанию мою маму и сына Сашу. Я нарочно перечисляю так много имен, чтобы дать читателю представление о той буре жизни, которая кипела вокруг нас. Одна из таких встреч зафиксирована в моем дневнике и относится к 20 февраля 1979 года, когда мы с Беллой заехали к Тонино и Лоре, чтобы их проводить, и встретили там Андрея Тарковского. Помню, с какой нежностью он относился к Тонино, как неотрывно смотрел на него.

В 1992 году Тонино и Белла получали премию “Носиде” в Аоста Валей на севере Италии в долине, которая переходила в дно гористого ущелья. Эту премию, носящую имя легендарной греческой поэтессы Носиде, присуждало жюри, работавшее в Калабрии, на юге страны.