– Так, значит, есть ещё что-то, что тебе не удалось вспомнить, – подытожила женщина. – Тогда позволь мне поведать тебе обо всём, что ты так изящно изобразила на этой стене. – Она подмигнула как в старые добрые времена, когда они по-дружески подтрунивали друг над другом. – Возможно, мой рассказ займёт немало времени, но, думаю, мы можем себе это позволить. Начнём с этого рисунка. – Самара указала на остров, изображённый среди волн словно на старой карте. – Как ты уже поняла, это королевство Элития. Вот здесь, – она указала на небольшой выступ неподалёку от дамбы, – располагался дворец, где мы росли. А в самом центре дворца находился прекрасный сад. Там обычно проходили собрания ордена Элитианских королевских рыцарей. – Она перешла к другому наброску, изображавшему людей за белым столом. – Я тоже состояла в этом ордене. А ты, между прочим, была нашим бравым командиром.

Заколдованная принцесса чувствовала, как по всему её телу разливается приятное тепло. Теперь она узнала в этой женщине прежнюю Самару, артистичную, весёлую, добрую и смешную. Свет фонаря разливался по тёмной пещере, наполняя её жизнью и теплом. Длинные пальцы матери Тэм скользили от одного рисунка к другому, а она всё говорила и говорила, приводя новые факты и заставляя нарисованные образы оживать в памяти Селены. Им обеим казалось, что они вновь слышат давно смолкшие звуки Элитии. Подруга пробудила память принцессы, как солнечные лучики пробуждают луковицы первоцветов после долгой зимы.

Дворец с его огромными залами и многочисленными башнями, король Эллис, потирающий переносицу после дня, проведённого в очках, храбрые рыцари, Великие лунные часы, шелковица, элитианский шёлк – всё это вновь расцвело в сердце Селены, словно она не забывала об этом ни на один день.

Тэм молча слушала матушку, положив голову на вытянутые передние ноги. Она впервые видела её настолько открытой и весёлой.

А Самара тем временем так разошлась, что, схватив с земли острый камень, принялась дополнять недостающие детали в рисунках подруги. Закончив вырисовывать лица всех членов ордена, она выжидающе посмотрела на принцессу и спросила:

– Ну как, похоже на то, что ты помнишь?

Та растерянно кивнула.

– Ага, попалась! – коварно усмехнулась кудрявая женщина. После беготни вдоль стены из её пучка выбилось больше волос, чем осталось в нём. – Ты провалила проверку. У Ньяала нос был этак раза в два больше, чем я нарисовала. – И она поспешила исправиться, пририсовав юноше здоровенный шнобель.

Затем она всё в той же карикатурной манере изобразила саму Селену, оттачивающую свои навыки стрельбы из лука.

– Никто в королевстве не стрелял так же точно, как ты, – улыбнулась Самара и похлопала по носу белого единорога.

«Разумеется, кроме тебя», – пронеслось в голове у принцессы. Теперь она наконец поняла, у кого Тэм унаследовала свою невероятную меткость.

И вот женщина приблизилась к изображению спящего принца. Улыбка тут же исчезла с её лица. Она повернулась к дочери и тихо произнесла:

– Милая, а вот и твой отец.

Серый единорог сосредоточенно посмотрел на рисунок, словно пытался оживить его в своём воображении.

– Не проходит и дня, чтобы я не вспомнила о моём дорогом принце Герое. – Из груди Самары вырвался протяжный вздох, полный сожаления и печали.

Селена не могла похвастаться тем же. Она вспомнила брата только сегодня ночью, но теперь перед её глазами стоял образ юноши, беспомощно лежащего в постели с воспалённым укусом на руке.

– Я ужасно скучаю по нему, – подумала принцесса. – Когда я вспоминаю о том, что безвозвратно потеряла, мне становится так больно, что хочется снова всё забыть.

Тэм ободряюще уткнулась носом в её бок. А мать девочки вернулась к стене и указала на дом с остроконечной крышей. Рядом с ним была нацарапана длинная лестница, ведущая в подвал, свитки пергамента и несколько размытых фигур, похожих на приведения.

– Знакомый дом, – сказала она, оборачиваясь к подруге. – Здесь жила колдунья по имени Сидра. Это она прокляла тебя и Элитию, не так ли?

Сидра. По спине Селены пробежал холодок. Теперь она вспомнила ливень на улице, горящие свечи в длинных металлических подсвечниках, омерзительных насекомых в банках и призрачное дыхание неприкаянных душ. Белый единорог медленно кивнул.

– Скажи, есть какой-то способ снять это проклятие? – с надеждой спросила Самара. – Я хочу вернуть дочери её прежний облик. Да и тебе не помешало бы снова стать человеком.

За последние несколько часов принцесса вспомнила всё, что забыла о своей прошлой жизни, кроме одной самой важной детали – как разрушить колдовство Сидры.

Проклятие

Селена

Самара провела пальцем по рисунку единорога.

– Мне так жаль, что мы не виделись все эти годы. Если бы мы ушли из Элитии вместе, уверена, я бы придумала, как тебе помочь.