Читаем Прогрессоры полностью

— Моим сёстрам метаморфоза не помешала пойти умирать за истину, — сказал он. — И мне не помешает. Ты полагаешься на свои Небеса, а я вручаю себя Творцу. Пусть он решит. И пусть сожжёт меня в прах на этом месте, если я считаю путь женщины низким, недостойным или стыдным.

— Львица? — спросил Ар-Нель, улыбаясь.

— Там видно будет, Ча. Я не боюсь поражения, но верю в победу.

— Хорошо, — Ар-Нель улыбнулся почти кротко. — Не сейчас. Обычай не велит сражаться за любовь, не умывшись и не выпив чок… или сяшми. Вечером — или завтрашним утром. Когда прикажешь, Лев — я в твоём полном распоряжении, — и поклонился, как северный посол. — И нам не годится тратить слишком много времени на выяснение отношений, когда Глубокоуважаемый и Почтенный Учитель Бэру желал бы сказать тебе несколько слов.

Ах, да. Бэру.

Синий Дракон в окружении своих бойцов, высоченный и седой, как пепел походного костра, стоял, скрестив руки на груди, и внимательно слушал. Чересчур даже внимательно.

— С тобой я тоже хотел поговорить, Бэру, — сказал Анну менее мрачно, чем собирался.

Губы Дракона, тонкие, как шрам, тронула тень усмешки.

— Лев вспомнил обо мне… Благодарю.

— Лев? Ты меня так зовёшь?!

— Лев Львов, если бы у меня осталась хоть тень сомнения, в том, как к тебе обращаться, я не беседовал бы с тобой, — Бэру усмехнулся откровеннее. — Ты — одно из двух: или Лев, или враг Льва, а, значит, и мой враг. Но если ты — Лев, значит, во Дворце Прайда — никто. Как говорит твой северный друг, мертвец.

— А я? — спросил Эткуру из-за плеча.

— И ты, Львёнок. Мёртвый Львёнок мёртвого Льва, — констатировал Бэру. — Маленький северянин, твой северянин, Лев, убеждал меня, что я должен стать мечом в деснице Творца; Творец изъявил волю. Я вынужден согласиться с язычником — и я стану мечом. Со Льва Львов, владыки Анну ад Джарата начнётся новый Прайд.

Толпа расступилась, пропуская синих братьев, сопровождающих Элсу. Маленькому Львёнку было тяжело идти, и он опирался на плечо Кору. Синие всадники, подъехав с другой стороны, сбросили с седла Нуллу. Третий сел, подтянув колени к груди, и уставился на Анну снизу вверх с тем беспредельным ужасом, какой должен бы сопровождать созерцание выходца из ада.

— Так я и думал… — пробормотал Эткуру в тоске, пытаясь соорудить презрительную мину. — Ну не говорил ли я, Анну…

Ви-Э, изменившись в лице, дёрнулась вперёд, но синие удержали её осторожно и крепко — за плечи и руки. А Ника и А-Рин нигде рядом не видно; Анну подумал, что они, наверняка, исцеляют тяжелораненых.

— Ты — сам Владыка Ада! — выдохнул Нуллу. — Я не знаю, как ты это сделал — но ты это сделал, именно ТЫ это сделал, Анну — нечистыми чарами, ты душу продал…

— Приколи ты эту тварь, Лев, — сказал Хенту, гадливо морщась. — Трус, палач, подонок… Вели людям Дракона заткнуть его и закопать где-нибудь… погань.

— Приказываешь, Хенту? — улыбнулся Анну — и его сотник тут же стушевался, но волки из Данхорета смотрели зло и напряжённо.

— Вот — те, что были в городе, — сказал Бэру. — А те, что во Дворце, ждут тебя во Дворце. И Престол ждёт. Ты можешь принять его из моих рук, как Линору-Завоеватель. Ты же знаешь: Синяя Цитадель принимает решение, сообразуясь с Отцом Небесным — и всё. Дело за тобой, верши правосудие… или расправу. Что хочешь.

— Отпусти братьев, Бэру, — сказал Анну негромко. — Брата Эткуру и Маленького Львёнка. Я их люблю, они мои советники и друзья, их место — в Прайде. И их женщинам — место в Прайде. Это будет называться — Львицы. Так вот, я не хочу слышать о них слова «мёртвые Львята».

— Не боишься, что кто-нибудь из них ударит тебя в спину? — спросил Бэру с неуловимой интонацией то ли сожаления, то ли насмешки. — Нож им в руки вкладываешь, Лев Львов.

Анну ощутил, как каменеет его лицо.

— А зачем им бить в спину, которую они прикрывали полгода? — спросил он, снижая голос, чтобы не наорать. Если, паче чаяния, я буду побеждён в поединке, то Маленький Львёнок, брат Элсу, станет Львом Львов…

— А я? — вырвалось у Эткуру.

— А ты — нет, — невозмутимо ответил Анну, и над растерянной миной Пятого Львёнка расхохотались бойцы, улыбнулись даже синие стражи, а Ви-Э обняла, наконец, своего друга сзади, положив голову на его плечо. — Мы с Эткуру в том случае останемся в Совете Прайда, — продолжал Анну. — Но это — если меня победят, а для этого новое чудо понадобится…

Бойцы веселились, Бэру рассматривал лицо Анну, будто не мог поверить собственным глазам, Эткуру сконфуженно улыбался, а Элсу сиял, забыв о боли и ранах, используя мгновения триумфа полностью… Анну встретился взглядом с Ар-Нелем — и Ар-Нель еле заметно кивнул.

— Про Львёнка Нуллу ты ничего не сказал, — напомнил Бэру.

Анну снова быстро переглянулся с Ар-Нелем, оценил собственную шальную мысль — и обратился к своим волкам:

— Среди вас есть кто-нибудь, кто его НЕ ненавидит?

Бойцы как-то замялись — и Анну не понял, что означает эта заминка: либо Нуллу вызывал отвращение у всех поголовно, либо волки опасались, что симпатии к мёртвому Львёнку могут принять за предательство.