Читаем Программист в Сикстинской Капелле полностью

— В углу стоял какой-то шкаф с лампочками… Рядом с ним маленький телевизор. Джакопо сказал, что покажет интересный мультик. Только сначала надо было куда-то приложить палец…

— Что?! — почти в голос вскричал я.

Кошмар. История повторяется. Неужели тоже брали отпечатки?

— Прекрати меня перебивать, а то я ничего не вспомню!

— Да, прости.

— Я приложила палец к стеклу… В телевизоре появились белые буквы, которые куда-то ползли. Потом мне стало нехорошо. Я подумала, что это аллергия на рыбок в аквариуме, который стоял недалеко от шкафа…

— Что ты чувствовала?

— У меня заболела голова и поднялась температура. Только помню, как крёстная кричала мне: «Доменика! Доменика, вернись!!!». Потом в глазах потемнело. Я, кажется, упала в обморок…

О, Боже! Да ведь это то же, что случилось со мной тем жутким понедельником десятого июня! Значит, мы оба зарегистрировались на каком-то злосчастном сервере, который находится в восемнадцатом веке! Только вот где, троян его побери!

— Когда я очнулась, то увидела Алессандро Кассини, которого приняла за отца, и рядом с ним незнакомую женщину, которая утверждала, что её зовут Катарина Кассини. Сначала я подумала, что мне всё это снится. Признаюсь, я далеко не сразу поняла, что нахожусь не у себя дома.

Спокойно, Саня, давай рассуждать логически. Предположим, хотя звучит это как бред, что после регистрации произошла квантовая телепортация материи в пространстве и времени.[52] С большим упрощением рассмотрим это явление как передачу данных с клиента на сервер. Итак, клиент А находится в Питере в двадцать первом веке, клиент Д — в Риме в двадцатом веке.

С временным перемещением всё понятно. Осталось разобраться с пространственным. Если не учитывать погрешность, то перебросило нас обоих примерно в одну и ту же точку — а именно, в Ватикан. Если предположить, что передача прошла успешно, то «данные» были отправлены прямиком на сервер. Который и находится… в Ватикане. О, нет, неужели столь «тёмные» и опасные дела творятся в самом сердце Рима?!

— Ты опять завис, сколько можно?!

— Я не завис, я думаю. Знаешь, похоже, что кто-то и правда мутит воду прямо под носом у Папы. Тебе не кажется странным тот факт, что нас из разных точек перебросило в одну? Конечно, можно рассматривать это как случайность, но почему бы не рассмотреть для начала детерминистические варианты?

— Не понимаю тебя. Ты хочешь сказать, что источник наших с тобой бедствий находится в Ватикане?

— Это одна из версий. Но вот только кому могла бы понадобиться машина времени?

— Понятия не имею. Ты считаешь, что это машина? Не проявление чёрной магии?

— Магия — это самое последнее, что я буду рассматривать как причину. Я склоняюсь думать, что источник нашего перемещения именно машина, быть точнее — квантовый компьютер. Судя по тому, что мне позапрошлой ночью рассказал Стефано, я догадываюсь, кто является её создателем.

— Кто же? — поинтересовалась Доменика.

— Альберто Прести. Гений, переросший эпоху.

— Точно. Маэстро Прести, до того, как уехать в Неаполь, много лет служил в Ватикане, только никто так и не понял, кем.

— Вот видишь? Всё сходится. Предположительно, в те годы Прести проектировал в Ватикане квантовый компьютер. Конечно, звучит бредово, особенно в восемнадцатом веке, но мы пока не должны отвергать эту теорию. Иногда логика и здравый смысл друг другу противоречат. Осталось только выяснить, кто заказчик этого поистине опасного изобретения и возможно ли нам вернуться обратно на клиент.

— Что-то всё так запутано, — в задумчивости сказала Доменика.

— Ничего, распутаем. Но пока что моя гипотеза такова. Тебя отправили на удалённый сервер. Как и меня. Только вот ума не приложу, каким образом работает эта система.

— Какой сервер? Что это вообще такое? — спросила Доменика.

— Это главный компьютер, к которому подключаются все остальные для приёма и передачи данных. Как правило, сервера выглядят как шкафы до потолка.

— То есть… Это он и был там, в углу?

— Не думаю. Мне кажется, компьютер Джакопо — скорее, тонкий клиент[53].

— О нет, на сегодня с меня достаточно новых непонятных слов. Греческий куда проще было учить.

— Сколько иностранных языков ты знаешь? — удивился я.

— Греческий, латынь, французский и английский. Последнему меня научил его высокопреосвященство.

— Искренне восхищён твоими познаниями, Доменика, — прошептал я, не удержавшись, чтобы не поднести её руку к своим губам и поцеловать её.

— Не приставай, — очаровательно улыбнулась моя печальная муза.

— Но почему? Тебе неприятны мои поцелуи? Почему ты вчера ответила на них?

— Я не должна была… Это… минутная слабость, за которую мне стыдно.

— Ты не любишь меня, да? — предположил я. — Тебе нравятся полноценные парни, а не такие как я?

— Нет, не говори глупостей, Алессандро. Не оскорбляй мои чувства к тебе.

— Но тогда я не понимаю, — совсем расстроился я, не зная, что и подумать. — Может быть ты — клятвенная дева[54]?

— Я не дева, — мрачно усмехнулась Доменика.

— Знаю я. Ты скорпион, — я решил перевести тему.

— Нечего обзываться! — обиделась Доменика.