Читаем Пробуждение полностью

– Нет. Они считают для себя, – Жрец на секунду задумался, – ну, унизительным, что ли, сразиться в открытом бою. Другое дело – внушить противнику, что его друг – это теперь его враг, что их интересы разошлись, что выгоднее или предусмотрительнее его убить. И ты, получив достаточную для ошибочного шага меру иллюзии, вступаешь в смертоубийственный бой со своим другом, в то время как торговец ждет, сидя на берегу, когда проплывет твой труп.

– Знакомая тактика и для мира Яви.

– Конечно. Кураторы в мире Яви продвигают своих протеже. Более того, на Земле их интересам служат не отдельные умы, а целые религии, народы, системы, государства и организации. Это целый механизм по оболваниванию и закабалению людей. Один серый кардинал из Явного мира в недалеком прошлом любил говорить: «Мне не нужен думающий народ, мне нужен работающий народ». Или: «Способ зарабатывать деньги состоит в том, чтобы торговать, когда на улицах льется кровь». Тогда он находился под влиянием сил Тьмы, а сейчас он уже оказывает влияние на земные дела из мира темной Нави. Я знаю, что тебе это все известно. Ты много и результативно работал с камнем.

– Что с ним сейчас?

– Не переживай. Твои друзья позаботились о нем.

– Я за этим и пришел… Конечно, не только за этим, – смутился Максим, поняв явную поспешность необдуманных слов. – Скажи, что с ними? Что с Ариной и с Шуриком? И главное: я знаю, что в этом мире всех встречают родичи, а меня встретил только ты. Почему?

Дедята долго и проницательно смотрел в глаза Максима, после чего, взвешенно подбирая скупые слова, сказал:

– Ты ведь теперь понимаешь, Максим, что смерти нет?

– Просто скажи. Я не нуждаюсь в подготовке и обтекаемых фразах и готов выслушать любую правду.

– Есть две новости для тебя…

– Как всегда, одна хорошая и одна плохая? Такой же вопрос однажды задала секретарша своему боссу, и он предпочел выслушать сначала хорошую. На что она ему ответила, что он, оказывается, не бесплоден.

– Тебе никогда нельзя было отказать в умении держаться, – оценил мужество Максима Дедята, глядя, как на глаза Максима наворачиваются слезы. Он только пытался сгладить удар, который предчувствовал.

– Арина и Шурик погибли, – коротко ответил Жрец.

Гримаса боли исказила Максима и, не выдержав, он бросился в объятия Дедяты. Но через несколько мгновений он отпрянул от него и, пристально посмотрев в его глаза, спросил:

– Но почему я их не вижу?

– Это мир Слави. Не каждому дано сюда попасть… – уклончиво ответил Дедята.

– Ты явно пользуешься тем, что твои мысли для меня недоступны, и ты что-то скрываешь! – вспылил Максим, вырвавшись из объятий старика.

– Всему свое время, сын мой. Ты обязательно все узнаешь. Я даю тебе слово, что ты все узнаешь через неделю, когда отучишься у меня. Последнее, что я могу тебе сказать: на Земле у тебя остался сын. А теперь иди в свои покои и приведи чувства в порядок.

Порядка в чувствах Максима явно не последовало. Он огрызнулся на входе в обитель на администратора, которая участливо хотела помочь новичку освоиться, и почти нахамил Рэю, с нетерпением ожидавшему его в покоях. Упав на ложе, податливо принявшее его, Смыслов долго рыдал, привычно вытирая несуществующие слезы. Его угнетала мысль о том, что двое близких, родных людей так скоропостижно ушли из жизни, что Арина не увидела и не понянчила на руках своего малыша. И что в этом виноват он и только он. Что не прислушался к совету Стаса избежать борьбы. И что теперь? Трое в мире ином, и неизвестно, насколько благоприятна жизнь тех, кто остался на Земле. Ночь прошла в терзающих душу размышлениях, и на первом занятии Максим чувствовал себя совершенно измученным. Сидя в помещении, напоминающем кафедру огромного масштаба, он заметил с каким неподдельным интересом «студенты» слушают Дедяту. Смыслов никак не мог сосредоточиться на словах докладчика, введенный в ступор доминантной мыслью, овладевшей им после разговора с Дедятой. Его мысли скользили по кругу, останавливаясь то на Арине, то на родителях, то на оставшихся в живых друзьях, то на Шурике, который был абсолютно чистым человеком, очень жизнелюбивым и никак не планировал умирать. Он старался утешиться той мыслью, что здесь, в мире Нави, такая же жизнь, которая, конечно же, изменилась после смерти тела, но родилась в мире духа, и восприятие этой жизни такое же яркое, радостное, как у ребенка. Но у него не получалось сбросить с себя груз вины за погубленные жизни.

– Максим! – раздался голос Жреца. – Я попрошу тебя прокомментировать сказанное мною. – Жрец перевел взгляд в просторы аудитории и пояснил слушателям, с любопытством глядя на поднявшегося Смыслова: – Этот человек сделал много достойных дел в мире Яви во славу древней веры, ради спасения заблудших душ. И потерял многое. Не только свою жизнь, но и жизни своих близких. Итак, Максим. В чем главная сила етунов?

Максим равнодушно оглядел алчущие глаза «студентов» и бесцветно произнес: