Читаем Принеси мне их сердца полностью

Я откидываю голову назад и смеюсь над выражением лица Люсьена – крайнее недоумение. Смущение. Боль. Я делаю ему больно и каждым произнесенным словом разрываю себя на части. Каждое слово предназначено мне самой, той мне, которая в своей жестокости лишь притворялась, будто наслаждается его обществом. Притворялась, будто любит его. Потому что только это между нами и было, только это и могло быть – притворство.

Я жду, что он начнет кричать в ответ, оскорблять в отместку. И совсем не ожидаю, что его руки, грубые и теплые, обнимут меня так резко и быстро, что этого невозможно избежать. Он прижимает меня к себе, и запах дождевой воды наполняет мое сознание, а жар его тела согревает каждую холодную частичку моего естества.

– Ты вовсе не такая, – бормочет он в мои волосы. – Ты не чудовище. Ты умная и очень добрая…

Как он смеет. КАК ОН СМЕЕТ! Голод усиливает мою ярость десятикратно, превращая пламя внутри меня в ведьмовской огонь.

Я отталкиваю его изо всех сил с криком:

– Да что ты знаешь? Ты провел всю свою жизнь в этом убогом городе, не в силах вырваться из сожалений, из тени своей умершей сестры! Ты ничего обо мне не знаешь! Не тебе судить о моей чудовищной сущности!

Люсьен застывает, его лицо в свете двойной луны совершенно неподвижно.

– Ты… Почему ты себя так ведешь? Как будто совсем другой человек.

– Я никогда не была той, кого, как ты думал, ты знаешь, – насмешливо отвечаю я. – Той девушки не существует. Она была здесь с одной-единственной целью, и эта цель еще не достигнута. Девушка, в которую ты влюбился, – та умная и добрая девушка – мертва. Я УБИЛ ЕЕ. Я убиваю ее прямо сейчас, у тебя на глазах, чтобы ты понял, как сильно попался на крючок. На иллюзию. На то, чего нет. Да помогут тебе боги, если ты когда-нибудь взойдешь на трон, – если такая деревенщина, как я, смогла тебя одурачить, кто знает, чего добьется действительно способная актриса.

– Зера…

– Елизера на самом деле. Без фамилии. Дочь пары торговцев, чьих лиц я уже не помню.

– …это не ты, – жестко говорит он. Даже властно.

– Это я. – Я улыбаюсь во все зубы. – Просто ты был слишком глуп, чтобы увидеть. Ослеплен аппетитной грудью и красивым платьем. КАК ЖАЛКО.

Люсьен отшатывается, словно я физически его ударила, и в этот миг я едва не падаю к его ногам. Я хочу обнять его и объяснить, что все мои слова сейчас были ложью. Сказать, что люблю его, выйду за него замуж и буду его королевой в новом, исполненном надежды Каваносе. Идеальный финал. Но все закончится не так. Наше счастье не то, за чем я пришла. Чем больнее будут бить мои слова, тем лучше он усвоит урок. Тем умнее будет в следующий раз, с другой девушкой. Чем тяжелее мои слова, тем ярче засияет правда. А он заслуживает правды больше, чем кто-либо.

Отчаянье. Я чувствую, как оно разверзается подо мной, словно зияющая черная пропасть. Он все еще не достал свой меч. Я тянусь к своему.

Слепой гнев, слепая страсть поднимаются во мне на краткий миг. Мой меч направлен прямо в грудь Люсьена. В его глазах полыхает тьма, порожденная предательством. Я вижу это – семена ненависти начинают расцветать в его зрачках. Прежняя я – мертвая я – рыдает в раскаянии, ее кровь сворачивается от холода, от ужаса.

Единственный человек в этом мире, который сделал меня по-настоящему счастливой, презирает меня.

Моя рука, сжимающая меч, внезапно начинает трястись.

Нет. (Я подняла свою вуаль, и он посмотрел на меня так, словно я что-то значу.)

Нет. Только не он. (Он повел меня в танце, и его глаза были словно черный янтарь.)