Читаем Причины отделения полностью

Хью поморщился.

– А ты не перестаралась?

– Нет, Хью. Не перестаралась. Ты за своей вашингтонской ерундой уже реального положения дел не видишь. Нужно уже сейчас бить по аристилльскому корпоративизму что есть мочи! Если не донесем нужную повестку, после Освобождения ничего не поменяется. Нужна шумиха, политический протест, который задушит местных магнатов, не даст им приспособиться. Жители Земли должны постичь настоящую истину!

Хью обиженно потряс головой.

– Да пожалуйста. Я тогда сам сделаю сюжет про Министерство обороны. – Он развернулся, затем бросил через плечо. – Еще раз говорю, твое видео «Минута в Вашингтоне» покажет только после моего. Если вообще покажет.

2064: ближняя сторона Луны, Аристилл, «Эйффонг Инжиниринг»

Роб Веерманн стоял в приемной «Эйффонг Инжиниринг» в окружении телохранителей. Трое – его собственных, один – солдат из отряда перебежчиков генерала Дьюитта. Одеты они были кто во что: комбинезоны, джинсы с жирными пятнами – пестрый набор. Объединял всю четверку один атрибут: они стискивали в руках свеженькие, только-только из принтера, винтовки.

В приемную вернулся местный секретарь, на миг впуская за собой грохот и скрежет из сборочного цеха.

– Тони просит вас заглянуть. – Он указал на стойку позади с полной коробкой берушей в целлофановых упаковках. – Возьмите, там шумно.

В ответ Роб только поморщился и вытащил из чехла на поясе личные наушники, затем направился мимо секретаря в цех. Телохранители, переглянувшись, пожали плечами и один за другим подошли к коробке.

В цеху было шумно и суетно. Роб даже с наушниками невольно вздрогнул. С предупредительным пищанием ехал по рельсам подвесной подъемник, визжали шлифовальные станки, стучали дробью молоты.

Роб огляделся в поисках Тони. А, вот он.

– Ну что, Тони, как оно? – крикнул он на ходу через весь цех. Телохранители за спиной ускорили шаг.

– Работаем! – ответил тот, заметив Роба. – Много правок в чертежах, но результат тебе явно понравится. Давай расскажу…

– Лучше покажи, – перебил Роб.

Тут, как по заказу, тот самый подвесной подъемник теперь поехал в обратную сторону – с огромной темно-серой махиной на тросах.

Тони кивком указал на нее.

– Да вот как раз.

Подъемник проехал еще метров двадцать и опустил свою ношу. С лязгом разъединились подъемные крепления. Роб подошел поближе. Тони поначалу кричал, но как только шум поутих, понизил голос.

– С броней проблем не было: мы просто нарезали плазменными резаками корабельные переборки. Да и движку с КП лишний вес оказался по зубам – низкое тяготение все-таки. Были накладки с балансировкой…

Роб не слушал. Он подступил к земному бульдозеру, прокачанному, закованному в броню, с сенсорами и установками для выброса целей-обманок. Захотелось до него дотронуться. На пальцах осталась свежая серая краска, а на корпусе теперь проглядывала родная желтая.

Роб повернулся к Тони.

– А пушки где?

Тот помотал головой.

– Субподрядчик задерживает. По уши в заказах для ополчения. Но мы и сами пока проделали значительную…

– На кой ляд мне танк без стволов? – проворчал Роб.

– Мои люди работают в две смены, у нас уже один резак приказал долго жить. Мы раньше танков не делали, а тут сразу пятьдесят…

Роб непреклонно мотнул головой.

– Пушки ставьте.

– Мы бы рады, но… Что с оплатой? – помявшись, осведомился Тони.

Роб посмотрел ему в глаза.

– Будет.

– Ты, Роб, не обманешь, знаю, но я и так уже задолжал поставщикам. Не могу больше работать в кредит.

– Это не для меня, а во имя Восстания.

– Кто бы спорил. Но я уже два месяца ни гроша себе в карман не кладу, своим ребятам задерживаю зарплату на три недели. Так дальше нельзя.

– Ну придумай что-нибудь. Завтра к вечеру придут еще пятьдесят новеньких «Кэтов».

– Нет, Роб, послушай-ка. Если не вытрясешь хотя бы часть моей платы из Конференции, ко мне не обращайся. Я и сырья не смогу закупить, и люди работать откажутся. Завод уже на грани, протянет дня два.

У Роба заиграли желваки.

– Капец. Охренеть можно.

– Вот-вот.

Он глубоко вздохнул. Ох и устроит он Конференции разнос, и плевать, чем там Майка не устраивают облигации, банк и вообще.

2064: Земля, штат Массачусетс, Линкольн, компания «Индустрия экстрима Инк.»

Рестиво окинул взглядом трех мужчин за столом. Молодые. Не слишком ли?

– «Хэмильтон-Сандстренд» потребовали на производство три года. А вы утверждаете, что уложитесь в три месяца?

Тот, что с козлиной бородкой, встретился с ним глазами.

– При всем уважении к «Хэмильтон-Сандстренд», это дочерний филиал, подконтрольный огромному армейскому подрядчику, которому уже сто десять лет. Им что заказом больше, что меньше – в любом случае получат деньги от министерства. Нам всего пять лет, и мы крутимся изо всех сил. – Он гордо вздернул нос. – За нас говорят наши скафандры для отряда покорителей Эвереста.

Рестиво поджал губы.

– Двенадцать штук. А нам нужно сорок тысяч, плюс учебные, плюс запасные. Хотите сказать, осилите такое количество?

Голос подал второй учредитель: