Читаем Прем Сагар полностью

По окончанъи Махабхараты,[8] когда преставился Шри Кришна, то Пандавы[9], великой скорби полные, вручили царство Хастинапура[10] царю Парикшиту, а сами все отправилися в Хималаи, в последний путь. И царь Парикшит, страну всю покорив, стал править царством справедливости.

Немного дней прошло. Однажды царь Парикшит вышел на охоту. И там увидел он: бегут к нему корова, бык; за ними шудра[11] следует с дубиною в руке и бьет их. Когда они к нему приблизились, то, шудру подозвав к себе, в великом гневе царь сказал: „Скажи, кто ты? Без промедленья назови себя! Зачем умышленно ты бьешь корову и быка? Иль ты узнал, что Арджун[12] далеко, и потому не узнаешь ты лук его? Слушай, в роду у Пандавов ты не найдешь такого никого, кто б потерпел, как бедных мучат на глазах его!“ Сказавши так, царь меч свой в руки взял. Увидев это шудра, испугавшись, стал. Потом царь, подозвав к себе корову и быка, спросил: „Кто вы? Мне вразумительно скажите, боги ль вы иль брахманы, и за какую же вину он гонит вас? Скажите это без боязни: пока я жив, никто здесь не посмеет зло вам причинить!“

Услышав это, бык, понурив голову, сказал: „Махарадж! Тот черный страшный образ, воплощение греха, что пред тобой стоит, то Калиюг[13], и я бегу от приближения его. А в образе коровы, то — сама Земля; она, ты видишь, в бегство обратилась в страхе перед ним; меня ж зовут Закон. В век Калиюга у меня четыре лишь ноги: то подвиг, правда, милосердие и чистота. В Сатьяюге[14] двадцать ног всех было у меня, а в Третаюге[15]уже шестнадцать, в Двапараюге[16] лишь двенадцать, теперь же в Калиюге их осталося всего четыре. Поэтому в век Калиюги двигаться я не способен!“ Земля сказала: „О воплощение закона! И я не в силах жить уж в эту югу: ведь шудры, сделавшись царями, беззакония великие на мне творить все будут; их бремя вынести я не смогу. От страха перед этим я бегу!“ Услышав это, в гневе царь сказал так Калиюге: „Без промедленья я убью тебя!“ Он, испугавшися, упав к ногам царя, с мольбою так сказал: „Земли владыка! Теперь я обращаюся за помощью к тебе: ты укажи мне место, где бы мог я жить: ведь никаким путем нельзя же уничтожить те три кальпы[17] и четыре юги, которые создал сам Брахма![18]Слова услышав эти, царь Парикшит молвил Калиюгу: „Ты можешь жить в таких местах: в притонах лжи, игры и пьянства, в домах продажных женщин и в убийстве, в краже, в золоте!“ Услышав это, Калиюг отправился в свои владенья, царь в душу поместил закон, земля же приняла свой прежний образ. Потом царь возвратился в город и стал он править царством справедливости.

Немного дней прошло. Однажды снова на охоту царь отправился. Шел, шел, и захотел он пить. В короне же, на голове его, жил Калиюг; использовал он этот случай и знания лишил царя. Томимый жаждой царь попал туда, где Шамик риши[19] на седалище своем сидел с закрытыми глазами и, погруженный в созерцанье Хари[20], подвиг свой творил. Его увидев, царь Парикшит так сказал в душе: „Меня он видел, но, возгордяся подвигом своим, закрыл глаза“. Такой злой мысли место дав в душе, царь луком поднял дохлую змею, что там лежала, и, взяв, на шею риши положил ее, потом отправился домой. Когда же снял корону царь и знание вернулося к нему, то в скорби он сказал: „Ведь в золоте же Калиюг живет, и у меня он был на голове, по этой именно причине злая мысль такая у меня явилась. Теперь уразумел я! Ведь тем, что я взял дохлую змею и положил ее на шею риши, Калиюг мне отомстил за все! Как мне теперь освободиться здесь от этого великого греха? О, почему я не лишился касты и богатства, супруги и народа, царства своего? Теперь не знаю я, в каком рождении с меня сойдет сей грех, что брахмана я оскорбил!“

Здесь царь Парикшит утопал в таком бездонном море скорби, туда ж, где Шамик риши был, играя, забежало несколько ребят. Увидев дохлую змею на шее у него, все удивилися и в страхе стали говорить друг другу: „Братец! Пускай кто сходит, скажет сыну, он с сыновьями риши ведь играет в роще там на берегу реки Каушики”[21]. Один, едва услышав, побежал туда, где Шринги, риши молодой, игрою с юношами забавлялся, и сказал: „Что ж ты играешь здесь? Злодей какой-то черную там дохлую змею взял твоему отцу на шею положил!“ Когда услышал это Шринги риши, то кровью налились его глаза, заскрежетал зубами он и, задрожав всем телом, в гневе молвил: „Ну и цари пошли теперь в век Калиюги — надменны, гордецы! богатством опьяненные злочинцы и слепцы! Я прокляну его теперь: его постигнет скоро смерть!“ Сказавши так, он зачерпнул рукой воды из Каушики реки и проклял тут Парикшита царя: „Пусть эта ж самая змея тебя укусит на седьмой день и да умрешь ты от укуса!“