Читаем Прем Сагар полностью

Когда Паванарекха так сказала, тогда Друмалик вдруг царицу за: руки схватил, к себе привлек, и что хотел, то сделал. Такою хитростью добившись наслажденья, он снова сделался таким, как был. Тогда-то рани в скорбь великую пришла; страдая тяжко, закричала: „О беззаконный!. О злодей! Чандал![60] Какую мерзость здесь ты совершил! Ты чистоту мою навеки погубил! Проклятие отцу и матери твоим и гуру, который дал тебе такой злой ум! О почему бесплодной не осталась мать твоя, зачем тебе, такому злому сыну, она рождение дала? Злодей! Кто, приняв образ мужа, губит непорочность женщины, тот попадает в ад на многие рожденья!“ Друмалик молвил: „Царица! Не проклинай меня! Тебе я отдал плод закона своего! Когда бесплодной я увидел здесь твою утробу, в моей душе была великая печаль, теперь она исчезла. Теперь явилася в твоей утробе сила и на десятом[61] месяце родишь ты сына!“. И силой тела моего твой сын здесь покорит все девять стран земли[62] и будет царствовать, с самим шри. Кришной джи в борьбу он вступит! Ведь некогда меня Калнеми[63] звали, тогда я с Вишну воевал. Когда теперь, рождение приняв, пришел я в мир опять, тогда Друмаликом меня здесь стали называть. Я сына дал тебе. Ты ни о чем не беспокойся больше!“. Когда Друмалик, так сказав, исчез, царица, поразмыслив, успокоилась душой.

Что ждет кого из нас в грядущем,Меняет то всю нашу сущность:Займет всю душу то, что ждет,Другие мысли в ней убьет.

И в это время тут ее нашли: к ней подошли ее подруги и подружки. Увидев, что наряд царицы не в порядке, одна подружка закричала: „Где задержалась ты так долго, и что с тобой здесь приключилось?“ Паванарекха молвила: „Послушайте, подружки, меня одну оставили в лесу вы, явилась обезьяна, она меня в конец измучила! От страха перед ней я все еще дрожу всем телом!“ Услышав это, все они обеспокоились, царицу взяли, на колесницу посадили и привезли домой. Когда исполнилося десять месяцев, и дни исполнились, то у нее родился сын. В тот час такая страшная повсюду буря поднялась, что от нее земля заколебалась, настала тьма такая, что день в ночь обратился; с небес срываясь, падать стали звезды, гром гремел и молния сверкала.

Так в светлой половине[64] магха[65] месяца, в тринадцатый день Брихаспати — четверг, рождение принял Канса. Тогда царь Уграсен на радостях созвал всех музыкантов и певцов, что были в городе, велел устроить пир; затем послал он пригласить с великой честью и почетом брахманов, всех пандитов[66] и звездочетов. Сам царь с большим почтением сидения им предложил и усадил. Тогда астрологи, закончив вычисленья[67], и обсудив момент рождения; сказали: „Земли владыка! младенец сей, Канса именем, в твоем роду родился; велик, могуч он будет; ракшасов он привлечет к себе и царством будет править; он будет угнетать богов и верных Хари, он царство у тебя отнимет и потом погибнет от руки святого Хари!“

Сказание поведав это, Шукадева муниджи царю Парикшиту сказал: „О царь! Теперь поведаю сказанье я о брате Уграсена, Деваке, как было у него четыре сына и семь дочерей, и как он семерых за Васудева выдал замуж. Из них седьмая Деваки была, рождение которой радость принесло богам.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Шицзин
Шицзин

«Книга песен и гимнов» («Шицзин») является древнейшим поэтическим памятником китайского народа, оказавшим огромное влияние на развитие китайской классической поэзии.Полный перевод «Книги песен» на русский язык публикуется впервые. Поэтический перевод «Книги песен» сделан советским китаеведом А. А. Штукиным, посвятившим работе над памятником многие годы. А. А. Штукин стремился дать читателям научно обоснованный, текстуально точный художественный перевод. Переводчик критически подошел к китайской комментаторской традиции, окружившей «Книгу песен» многочисленными наслоениями философско-этического характера, а также подверг критическому анализу работу европейских исследователей и переводчиков этого памятника.Вместе с тем по состоянию здоровья переводчику не удалось полностью учесть последние работы китайских литературоведов — исследователей «Книги песен». В ряде случев А. А. Штукин придерживается традиционного комментаторского понимания текста, в то время как китайские литературоведы дают новые толкования тех или иных мест памятника.Поэтическая редакция текста «Книги песен» сделана А. Е. Адалис. Послесловие написано доктором филологических наук.Н. Т. Федоренко. Комментарий составлен А. А. Штукиным. Редакция комментария сделана В. А. Кривцовым.

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература