Он сложил вещи в рюкзак, подхватил его и винтовку, вернулся к спальнику. Груз немалый, но Эмби никуда не спешил: пойдет потихоньку, так что справится. В сущности, утешал он себя, все не так уж плохо. В кармане лежит бумажник с оставшимися деньгами. Интересно, как Джейк раздобудет еду и бензин, у него же ни гроша за душой, думал Эмби, хотя на самом деле его это не особенно волновало.

Он вообразил, как Джейк говорит вполголоса на тех полночных совещаниях: «Все из-за дока. Это из-за него нас не берут. Глянут на старика, и сразу ясно: ему надо будет платить пенсию. Зачем брать человека, который через пару лет станет обузой для лагеря?»

Или: «Точно говорю, Мирт, это все док. Как начнет вещать по-ученому, так сразу всем не по себе становится. Думают, что он им неровня. Думают, что он нос задирает. Ну а на нас глянь, мы же нормальные люди, обычные, как все. Если бы не док, нас мигом бы взяли».

Или: «Ну сама подумай, мы-то на любую работу годимся, а у дока специализация. Ничего нам не светит, пока от него не избавимся».

Эмби покачал головой. Забавно, подумал он, на что готов пойти отчаявшийся человек. Благодарность, честь, даже дружба — все это лишь песочный замок перед волной отчаяния.

«Ну а как же я? — спросил он себя. — Что мне теперь делать?»

Понятно, первое, что пришло в голову: развернуться и отправиться домой. Это невозможно: через месяц на севере ляжет непролазный снег. Если возвращаться, то сперва надо дождаться весны.

Остается одно: двигать дальше на юг, продолжать начатое путешествие — правда, уже с иной скоростью. У такого путешествия даже есть свои достоинства: он будет предоставлен сам себе и сможет размышлять, сколько душе угодно. А поразмышлять есть над чем, загадка сама себя не разгадает. Где-то должен быть ответ, ключ, указание на фактор, присутствие которого Эмби чувствовал в лагерях. Если поймать этот фактор за хвост, все детали исторического графика встанут на свои места и Эмби доделает то, что начал.

Он оставил рюкзак с винтовкой на спальнике, вышел на дорогу и посмотрел сперва налево, потом направо. Дорога была длинной и одинокой, совсем как его жизнь. У него не было детей, а в последние годы и друзей толком не было. Джейк, признал он, был самым близким его другом; но где теперь тот Джейк? Теперь их с Джейком разделяет не только долгая извилистая дорога, но и предательство.

Он расправил плечи, принял отважный и самоуверенный вид (хотя в душе чувствовал себя совсем иначе) и зашагал обратно к спальнику, рюкзаку и винтовке.

10

Через месяц он чисто случайно набрел на стоянку дальнобойщиков.

День клонился к вечеру. Эмби вышел к перекрестку и увидел припаркованный полуприцеп.

У только что разведенного костра сидел на корточках мужчина и аккуратно подкладывал веточки в огонь. Второй мужчина распаковывал контейнер: судя по виду, с харчами. Третий выходил из леса с ведром: наверное, набрал воды в ближайшем ручье.

Мужчина у костра первым заметил Эмби, вскочил на ноги и крикнул:

— Привет тебе, незнакомец! Ищешь место для ночевки?

Эмби кивнул и приблизился к костру. Снял рюкзак с притороченным к нему спальником, бросил на землю:

— Буду признателен, если не прогоните.

— Рады встрече. — Мужчина снова опустился на корточки и продолжил возиться с костром. — Обычно мы на всю ночь не останавливаемся. Приготовим еды, перекусим и едем дальше. У нас в машине койка: один спит, другой рулит. Даже Тома, бывает, за руль пускаем. Он у нас отменный водитель. — Мужчина кивнул на человека с ведром. — Но не по профессии. По профессии он препод из университета. В отпуске.

— В творческом, — усмехнулся Том, глядя на Эмби поверх костра.

— И я, — сказал Эмби. — Только я в бессрочном.

— Но сегодня заночуем, — продолжал дальнобойщик. — Что-то мне звук мотора не нравится. Да и греется он сильно. Надо бы перебрать.

— Перебрать? Прямо здесь?

— Почему нет? Здесь не хуже, чем везде.

— Но…

— Ты за нас не переживай, — гоготнул дальнобойщик. — Видишь Джима? Он мой помощник, профессиональный подъемщик. Поднимет движок, поднесет к огню, тут и разберем.

— Я Эмби Уилсон, — представился Эмби и сел у костра. — Прогуливаюсь.

— Издалека прогуливаешься?

— Из Миннесоты.

— Неплохо прогулялся для человека твоего возраста.

— Часть пути проделал на машине.

— И что, сломалась твоя машина?

— Нет, напарник угнал.

— А вот это, — рассудительно сказал дальнобойщик, — называется подлейшая подлянка.

— Джейк не желал мне зла. Просто отчаялся.

— Ты не пробовал его выследить?

— Что толку пробовать? Это невозможно.

— Мог бы искаря нанять…

— Искаря? В смысле?

— Дедуля, ты где вообще пропадал все это время? — спросил дальнобойщик.

Интересный вопрос, подумал Эмби.

— Искарь, — объяснил Том, — это такой телепат. Узкоспециальный. Может выследить человека по его сознанию, а потом найти — почти что в каждом случае. Он как пес, только человек. Работа непростая, искарей не так уж много. Но с годами, надеюсь, их станет побольше. И работать они станут получше.

Искарь — это такой телепат.

Как обухом по голове.

Причем узкоспециальный, словно телепатов великое множество и все они разные.