Читаем Правила Охоты полностью

Все четверо стояли в разрушенной гостиной и молчали. Паук первым отважился нарушить неловкую паузу. Он уже открыл рот, когда Фицдуэйн неожиданно протянул вперед руку, призывая всех к молчанию. В руке он держал обломок штукатурки, из которого выглядывал миниатюрный черный параллелепипед с торчащей из него тонкой, как волосок, проволокой.

Паук поначалу был озадачен, но потом достал из кармана очки, какими пользовался для чтения, и стал пристально разглядывать загадочный предмет. Уже в следующую секунду он понимающе кивнул.

В молчании они покинули нашпигованную “жучками” квартиру и, по общему согласию, направились прямо в штаб-квартиру токийской полиции. Было четыре часа утра, и улицы Токио были тихи, как никогда. В довершение всех неприятностей начался дождь, и это только усилило их подавленное настроение.

Фицдуэйн вел машину, а Чифуни смотрела прямо перед собой. Ее рука лежала на его бедре, однако этот жест не был эротическим. Скорее всего, она продолжала искать у него поддержки, так как время от времени по ее телу пробегала крупная дрожь. В такие моменты Фицдуэйн посматривал на нее и раздумывал, не остановить ли машину, чтобы набросить ей на плечи свой пиджак, однако ехать было недалеко, и он надеялся, что скоро они окажутся в тепле.

Они собрались в кабинете Паука и расселись вокруг широкого стола для совещаний. По сигналу заместителя начальника департамента полиции подали горячий чай и кофе. Паук также налил каждому по большому бокалу бренди. Чифуни немного поколебалась, но выпила, и на ее щеки понемногу вернулся легкий румянец.

Фицдуэйн подумал, насколько странной была эта встреча. Они не говорили о том, для чего они собрались здесь, однако он не сомневался, что каждый из них понимает причины этого. Гибель Адачи стала поворотным пунктом. Всех четверых объединяло стремление к немедленным и решительным шагам. Никто из них не собирался оставить эху смерть безнаказанной. Месть за Адачи перестала быть делом только полиции, это стадо личным делом каждого.

Паук первым открыл дискуссию.

– Адачи-сан и я встречались вчера, – сказал он мрачно, – и я хотел бы, чтобы вы знали, о чем шла речь. Детектив-суперинтендант Адачи был серьезно настроен решить загадку убийства Ходамы. Эту цель он ставил превыше всего.

Как вы знаете, сразу после убийства все улики указывали только на братьев Намака. Сначала мы нашли в ванне с трупом Ходамы булавку с эмблемой “Намака Корпорейшн”, затем нам подвернулось еще несколько весомых улик. Вызывал сомнение только их побудительный мотив. На протяжении нескольких десятилетий Ходама был политическим наставником Намака, их опекуном, так почему же в конце концов они обратились против него? Но именно в этот момент мы обнаружили магнитозаписи, которые подтверждали: между братьями Намака и Ходамой действительно произошла размолвка, и он собирался оставить их без своего политического покровительства.

Вместе с этим последним обстоятельством давление улик против Намака стало огромным, но Адачи-сан продолжал сомневаться. Интуиция – важная составляющая профессиональных качеств хорошего полицейского, а Адачи-сан был хорошим полицейским. Инстинкт подсказывал ему, что здесь что-то не так. Как ни хотелось ему упрятать за решетку братьев, однако он чувствовал, что если они в чем-то и невиновны, так это именно в убийстве Ходамы.

Наибольшее беспокойство Адачи вызывал способ убийства. Разумеется, убийцы могли попытаться таким способом сбить следствие со следа, однако детектив-суперинтендант чувствовал, что сварить человека живьем можно было только по личным мотивам, например из мести, из застарелой мести.

Это почти не облегчило ему задачу. Слишком много людей имели веские основания желать Ходаме лютой смерти, и Адачи-сан попробовал сосредоточиться на недостатках имеющихся у нас улик. И он нашел их, нашел изъяны в цепи доказательств против братьев Намака! Дальнейшее расследование привело его к одному общему знаменателю: практически за каждым добытым нами доказательством стояли корейцы или связанные с ними люди. В конце концов детектив-суперинтендант догадался, что за нападением на Ходаму может стоять кореец или человек, пользующийся среди корейцев огромным влиянием. Он сузил круг поисков и стал разыскивать такого человека или организацию, которые могли бы лелеять ненависть к Ходаме, причем обращал особое внимание на тех, кто сталкивался с ним в прошлом. В дальнейшем он проанализировал самые жестокие конфликты и все случаи, могущие иметь столь серьезные последствия, что они вышли Ходаме боком даже через столько лет.