Читаем Позывные — «02» полностью

— Да подавись ты им! — сорвался Виктор, хотя пить хотелось донельзя.

Сержант удивленно уставился на него и спокойно спросил:

— Ты что, не проспался еще после вчерашнего или не с той ноги встал?

— С той, с той! — озлобленно пробурчал Виктор, а сам подумал уныло: «Не важно, как встал. Важно, как сяду…»

Роза Гайнуллина была потрясена. Так превосходно складывался этот вечер: Сергей (трезвый!) повел ее на цыганский концерт, потом решили поужинать у себя в гостинице, в ресторане, но, едва вошли в вестибюль, к ним приблизились четверо сдержанных мужчин. Двое остановились около нее и вежливо попросили:

— Пройдемте, пожалуйста, с нами.

А двое увели Сергея. Он еще пробовал упираться, но недолго.

Ночь провела она в камере и была в ужасе еще и потому, что не понимала: что вдруг стряслось? А утром их обоих отправили в Ташкент. В разных салонах — она и Дунаев.

Вскоре ее повели на допрос. Она увидела перед собой еще нестарого человека в аккуратном сером костюме.

— Полковник Ахмедов, — представился он и спросил: — Сколько вам лет, Роза?

— Двадцать три.

— Вам известно, за что задержали вашего приятеля?

Она лишь головой покачала грустно.

— Вы знали, что ваш друг Дунаев был прежде не раз судим?

— Да, он говорил. За драку. Шесть месяцев отсидел.

— Он обманул вас, Роза. — Ахмедов провел пальцем по машинописному тексту. — Дунаев был осужден дважды — за кражу и за изнасилование.

— Нет! Не может быть!

— К сожалению, все это именно так. Вот выписки из предыдущих дел. А сейчас ваш приятель совместно с Черменовым и Алексеевым угнал несколько машин, а затем совершил вооруженное нападение на сберкассу в Ташкенте.

— Это выше моих сил! И я, я — с ними!

— Вот вода. Успокойтесь. Вы представляетесь мне искренней, Роза, а потому присядьте, пожалуйста, вон за тот столик и подробно, ни о чем не забывая, изложите все, что известно вам о Черменове, Дунаеве и их компании. Все… События, имена людей, которых они упоминали хоть раз в своих разговорах, поступки, которыми похвалялись. Перечислите места, где вы бывали. Опишите, чем занимались там. Во времени я вас не ограничиваю. Пишите.

— Зачем? — спросила она отвердевшими губами.

Ахмедов поднялся.

— Затем, Роза, чтоб было в наших краях меньше нечисти. Такой, как те людишки, с которыми вы подружились. Я не зря спросил вначале, сколько вам лет. Да, в вашем возрасте пора быть осмотрительней в выборе друзей и не только, принимать подарки, но и задуматься хоть однажды: откуда же у людей деньги на все это берутся? — Он взглянул на поникшую Гайнуллину и закончил мягче: — Хочется верить, что к преступлениям вы прямого отношения не имели…

Валиев, Галкин и Цыганов томились в неведении. Револьвер, изъятый у Дунаева, со вчерашнего дня находился на экспертизе. Правда, сотрудницы сберкассы, отмечая какие-то лишь им одним известные признаки, утверждали, что это — именно тот револьвер, который был похищен бандитами у них, однако номер на прицельной рамке был тщательно спилен, и Дунаев, конечно же, заявил, что оружие это ему подарил какой-то неизвестный, а он, на свою голову, сунул его по пьянке в карман. И вот теперь попался ни за что…

— Эх, установить бы номер! — в который уж раз вздыхал Валиев. — Тогда бы этой теплой компании уже никак не отвертеться.

Все трое сидели в приемной оперативно-технического отдела. За дверью, обитой жестью, уже с самого утра колдовала над револьвером хрупкая белокурая женщина — капитан Надежда Лисина. Теперь она решила испробовать последний метод — электролиз. Лисина учла, что плотность металла в тех местах, где были выбиты цифры, должна быть большей. Следовательно, если химически обработать поверхность рамки, а затем рассматривать плоскость, все время меняя угол падения света, то сверхчувствительная пленка неизбежно должна зафиксировать следы и, значит, появится хоть бледное, но все-таки — изображение. Цифры или буквы.