Читаем Портрет смерти полностью

– Именно я сняла трубку, когда позвонила ваша мать. Я по голосу поняла, что она совсем молодая. Еще младше меня и смертельно напугана.

– Судя по тому, что я о ней знаю, едва ли.

– А что вы о ней знаете? – парировала Мойра. – Тогда вы были младенцем.

– Когда она ушла, я был немного старше.

– Ушла? Черта с два! Сиобан не бросила бы тебя даже в том случае, если бы ей приставили нож к горлу!

– Ее звали Мег, и она бросила меня, когда мне не исполнилось и шести лет. – Желая поскорее покончить с этим, Рорк поставил бутылку на стол. – Чего вы хотите?

– Ее звали Сиобан Броди, что бы ни говорил тебе этот ублюдок. Когда она приехала в Дублин из графства Клэр в поисках работы и развлечений, ей было восемнадцать. Но бедняжке пришлось несладко… Черт побери, посиди на месте хоть пять минут!

Мойра прижала ко лбу холодную бутылку.

– Я не догадывалась, что это будет так трудно, – пробормотала она. – Я всегда думала, что ты знал, а когда перешла сюда работать, уверилась в этом. То, что ты построил этот приют, изменило мое мнение о тебе. Раньше я считала тебя вторым Патриком Рорком.

«Хорошая актриса, – подумал он. – Внезапная перемена тона. Горечь и усталость…»

– Мне совершенно безразлично, что вы обо мне думаете. И что думает обо мне кто бы то ни было.

Мойра поставила бутылку на стол.

– А то, что Патрик убил твою мать, тебе тоже безразлично? Я уверена в этом так же, как в том, что стою здесь.

Рорка бросило сначала в жар, потом в холод, но он не моргнул глазом.

– Она ушла.

– Сиобан бросила бы тебя только мертвой. Она любила тебя всем сердцем. Называла тебя своим ангелом…

– Миссис О'Баннион, ваше время истекает, а вы еще не предложили мне то, что я мог бы купить.

– Значит, ты тоже можешь быть жестким. – Она кивнула, снова взяла бутылку и машинально сделала глоток, словно пытаясь чем-то занять руки. – Что ж, я этого ждала и не ошиблась. Я ничего тебе не продаю. Хочу, чтобы ты знал – Патрик Рорк убил Сиобан Броди. Вот и все. Доказать это нельзя. Я могла бы набраться смелости и обратиться к копам, но с какой стати они стали бы меня слушать? Вся полиция была у него в кармане. Любой из подонков, которыми он командовал, поклялся бы, что она просто сбежала. Но это была ложь.

– То, что он убивал, для меня не новость. Как и то, что подкупал полицейских, прикрывавших его убийства. – Рорк пожал плечами. – Если вы хотите шантажировать меня его преступлениями…

– О черт! Деньги – это еще не все!

– Но многое.

– Она была твоей матерью!

Рорк слегка наклонил голову, демонстрируя вежливый интерес, но у него засосало под ложечкой.

– Почему я должен вам верить?

– Потому что это правда. Я ничего не приобретаю, когда рассказываю ее тебе. И даже не избавляюсь от мук совести. Тогда я все сделала не так, как было нужно. С самыми лучшими намерениями, но совершенно не так, потому что считала себя слишком умной. А поскольку я любила ее, это до сих пор не дает мне покоя.

Она тяжело вздохнула и отставила бутылку.

– Когда в тот вечер она позвонила по телефону доверия, я сказала ей, куда нужно обратиться. Я слушала ее, успокаивала и говорила, что нужно сделать. Рассказывала то, чему меня учили. Повторяла то, что говорила уже много раз. Но у Сиобан началась истерика. Она была в ужасе, и я слышала плач ребенка. Поэтому я нарушила правила и пошла к ней сама.

– Могу поверить, что так все и было, но вы ошибаетесь, если думаете, что она была ко мне привязана.

Мойра снова подняла взгляд, и на этот раз в ее глазах была скорбь.

– Ты был самым красивым ребенком, которого мне доводилось видеть. Очаровательным малышом в голубой пижамке. Она выхватила тебя из колыбели и пошла со мной, она не взяла с собой ничего. Только тебя.

Голос Мойры прервался, словно эта картина все еще стояла перед ее внутренним взором. Потом она восстановила душевное равновесие и продолжила:

– Сиобан прижимала тебя к себе изо всех сил, хотя у нее были сломаны три пальца на правой руке, а левый глаз заплыл. Кроме того, он дал ей несколько пинков, а потом отправился за новой порцией виски, хотя был уже пьян. Тогда она схватила тебя и убежала. Сиобан не могла обратиться в больницу или клинику, поскольку боялась, что он найдет ее. И изобьет так, что она не сможет заботиться о тебе. Я привела ее в приют, и к ней вызвали врача. Но лекарств она не принимала, потому что тогда не смогла бы кормить тебя. Она говорила со мной всю ночь, несмотря на боль.

Рорк продолжал стоять, а Мойра села и испустила тяжелый вздох.

– Когда она приехала в Дублин, то сначала работала в пивной. Она была хорошенькая и свеженькая. Там он и увидел ее. Восемнадцатилетнюю, неиспорченную, наивную, жаждущую романов и приключений. Он был красивым мужчиной и, говорят, при желании мог увлечь кого угодно. Она влюбилась в него. Девушки часто влюбляются именно в тех мужчин, от которых им следовало бы бежать. Он обольстил ее, обещал жениться, клялся в вечной любви и все такое прочее…

Она махнула рукой, подошла ко окну и выглянула наружу. Рорк стоял молча и ждал продолжения.